Читаем Сталин полностью

Однако мирный период длился недолго. После первых праздничных недель революции началась быстрая консолидация сил сторонников прежней государственной власти. Поначалу казавшееся пассивным антибольшевистское сопротивление со стороны классовых сил, потерпевших поражение в октябрьские дни, к лету 1918 года вылилось в вооруженные выступления, а затем в настоящую гражданскую войну. В тот период правительством было предпринято немало ответных мероприятий, которые позволяли судить о том, что в России пройдут политические классовые сражения бескомпромиссного характера. «Красногвардейская атака на капитал» в городе и деревне приобрела организационные формы. В конце июня 1918 года Совет Народных Комиссаров принял декрет о национализации предприятий промышленности и транспорта, определив размеры национализируемых предприятий и порядок проведения национализации в различных отраслях. (Ранее речь шла об обобществлении производства за счет рабочего контроля.) Декретом ВЦИК и СНК были учреждены комитеты бедноты. Это мероприятие, направленное в основном против богатых крестьян, кулаков, перевернуло социальные отношения в деревне. После того как была отменена частная торговля хлебом, комитеты бедноты получили полномочия на изъятие хлебных излишков. В тот период наряду с расширением вооруженной борьбы решающее значение приобрело продовольственное снабжение центральной России, столицы и промышленных центров и не в последнюю очередь войск Красной Армии.

ЦК партии в мае принял решение о мобилизации руководящих партийных работников для решения задач продовольственного снабжения, поскольку страна столкнулась с чрезвычайными трудностями.

Ленин писал: «…мы явно погибнем и погубим всю революцию, если не победим голода в ближайшие месяцы»[31].

29 мая 1918 года Совет Народных Комиссаров назначил Сталина руководителем продовольственного дела на юге России, наделив его чрезвычайными полномочиями. Сталин вместе со своей женой Надеждой Аллилуевой и в сопровождении 400 красногвардейцев 6 июня прибыл в Царицын, где находился штаб Северо-Кавказского военного округа. С присущей ему энергией он сразу принялся за работу. 13 июня он известил Совет Народных Комиссаров об улучшении положения на транспорте, о сборе зерна и о других мероприятиях, предпринятых в интересах снабжения Москвы. До конца июня ему удалось отправить на север, в столицу, несколько эшелонов с хлебом. Вместе с тем он не ограничивался решением чисто продовольственных вопросов. Уже 7 июля в письме, посланном на имя Ленина, он поставил вопрос так: «Дайте кому-либо (или мне) специальные полномочия (военного характера) в районе южной России для принятия срочных мер пока не поздно. Ввиду плохих связей окраин с центром необходимо иметь человека с большими полномочиями на месте для своевременного принятия срочных мер»[32]. 10 июля он отправил новое письмо Ленину, в котором вновь вернулся к вопросу о полномочиях: «Вопрос продовольственный естественно переплетается с вопросом военным. Для пользы дела мне необходимы военные полномочия. Я уже писал об этом, но ответа не получил. Очень хорошо. В таком случае я буду сам, без формальностей свергать тех командармов и комиссаров, которые губят дело. Так мне подсказывают интересы дела, и, конечно, отсутствие бумажки от Троцкого меня не остановит»[33].

Конечно, интересы дела действительно могли заставить отбросить все формальные соображения, но тон письма ярко характеризует Сталина. Что же касается его враждебности по отношению к Троцкому, председателю Реввоенсовета Республики, наркому по военным и морским делам, то это чувство подогревалось личным тщеславием. Дела пошли так, как их описывал Сталин. Он хотел подчинить своей власти местный партийный аппарат и военных руководителей, хотя чрезвычайные полномочия, о которых он писал, были им получены только в косвенной форме. 19 июля был образован Военный совет Северо-Кавказского военного округа. Сталин был назначен его председателем. Он ввязался в острейший конфликт с так называемыми военспецами, то есть профессиональными царскими офицерами, служившими в Красной Армии. Особое недоверие он испытывал к бывшему царскому генералу А. Е. Снесареву, являвшемуся военным руководителем Северо-Кавказского военного округа и командовавшему войсками, защищавшими Царицын. Подготовленные им планы обороны города Сталин объявил вредительскими, обвинив бывшего генерала в оборончестве и заявив, что, по его мнению, военрук Снесарев умело саботирует дело и не хочет вести войну с контрреволюцией. В конце июля Сталин решился на окончательный шаг и повел дело к разрыву. Он арестовал почти весь штаб военного округа. Арестованные содержались в плавучей тюрьме-барже на Волге. Баржа позже при загадочных обстоятельствах утонула. Специальный уполномоченный Реввоенсовета Республики А. И. Окулов был прислан расследовать историю самоуправства в Царицыне. Оставшиеся в живых командиры во главе со Снесаревым были освобождены из-под ареста.