Читаем Сталин полностью

На Пленуме ЦК уже в конце конференции в его состав были дополнительно кооптированы Я. М. Свердлов, Г. И. Петровский, И. С. Белостоцкий, а также Коба, который на официальных форумах проходил под именем Иванович, а в печати издавал работы под фамилиями Стефин или Сталин. Руководящий орган партии в своем новом составе пополнился за счет партийных работников-практиков. Целям улучшения партийной работы в России служило и такое мероприятие, за которое раньше выступал и Коба, как образование нового Русского бюро ЦК — высшего оперативного органа, назначаемого Центральным Комитетом партии. Бюро работало формально до 1910 года, имея уже свой четвертый состав. Однако этот орган не мог удовлетворительно решать вопросы руководства и координации деятельности партийных организаций. До 1910 года в состав Бюро входили представители меньшевиков и Бунда. В пятый по счету состав Русского бюро вошли партийные работники из России, избранные членами ЦК, среди них был и Коба.

Коба познакомился с решениями Пражской конференции в феврале 1912 года, когда по поручению Ленина к нему в Вологду прибыл Орджоникидзе. Вскоре Коба написал листовку, в которой высоко отзывался об итогах конференции и призывал партийные организации сплотиться вокруг ЦК. Листовка была подписана им от имени Центрального Комитета РСДРП.

Совершив побег из ссылки, Коба в марте 1912 года находится сначала на юге, потом в Москве, а 10 апреля прибывает в столицу царской России. Здесь он провел только 12 дней на свободе, участвуя в издании и редактировании большевистского органа «Звезда». Именно тогда эта газета начала дискуссию с Лениным, нападая на него за борьбу против примирения между фракциями. Коба подготовил прокламацию к 1 Мая, сыграл определенную роль в выходе в свет 22 апреля (5 мая) первого номера «Правды». Заявления Кобы того периода свидетельствовали о том, что он не воспринял решение Пражской конференции о ликвидаторах. Для первого номера «Правды» им была написана передовая статья «Наши цели», в которой он открыто и однозначно высказался за примирение фракций. «Мощное и полное жизни движение немыслимо без разногласий, — писал он, — только на кладбище осуществимо „полное тождество взглядов“!»[13] Эта позиция, вне всякого сомнения, была более умеренной по сравнению со взглядами Ленина. Однако это не препятствовало их интенсивному сотрудничеству.

После выхода первого номера газеты Коба был арестован и в начале июля сослан в Нарымский край. Проведя там полтора месяца, он бежал в Петербург. Подключился к кампании по выборам в IV Государственную думу, хотя ранее высказывался за бойкот этих выборов. Осенью Коба занимается организационно-журналистской деятельностью в связи с этими событиями. Он стал автором «Наказа петербургских рабочих своему рабочему депутату».

Пробыв короткое время в конце октября в Москве, в середине следующего месяца он уже выехал по приглашению Ленина в Краков. Там состоялось заседание членов ЦК, на котором обсуждалось предстоящее совещание ЦК РСДРП с партийными работниками из России. На этой встрече нужно было сформулировать позицию самостоятельной большевистской организации, оформившейся в Праге, по вопросу о взаимоотношений фракций социал-демократов в Думе. Ленин самым решительным образом выступил за разрыв.

После возвращения в Россию Коба в одной из статей в «Правде» пытался как-то сгладить остроту противоречий. В политическом воззвании, подготовленном в декабре, он призывал рабочих к единому выступлению. В конце декабря Коба получил письмо от Крупской, которая от имени Ленина просила его вновь приехать в Краков. Там должно было состояться совещание ЦК РСДРП с партийными работниками, и туда должны были прибыть шесть большевистских депутатов Думы. На атом совещании была рассмотрена деятельность «Правды». Свердлову было поручено приступить к работе в газете, чтобы усилить большевистские позиции. Отстраненный таким образом от дел Коба некоторое время оставался в Кракове, а в конце января уехал в Вену. Поездка в Вену явилась его самой длительной заграничной поездкой. Почти шесть недель он находился вдали от России. Эта поездка стала знаменательной и в другом отношении. 12 января в «Социал-демократе» была опубликована статья, подписанная К. Сталин. Говоря о выборах в Думу, автор подверг резкой критике деятельность ликвидаторов. В этой статье Сталин называл Троцкого «шумливым чемпионом с фальшивыми мускулами»[14]. Сталин отправился в Вену, потому что Ленин попросил его подготовить статью по национальному вопросу для теоретического журнала партии «Просвещение». В столице Австро-Венгрии он вновь встретился с Троцким, познакомился с Н. И. Бухариным, который оказал ему серьезную помощь в освоении специальной литературы на немецком языке, прежде всего трудов австромарксистов. Следует заметить, что помимо грузинского Сталин знал только русский язык.