Читаем Срок для президента полностью

У тебя, власть любезная, нет крыши над головой для твоих офицеров?! А в любом городе: четыре часа чиновникам на сборы — и в офицерские общежития, казармы и съемные углы. А офицеров — в их квартиры! Ничего, чиновники себе быстро новое жилье организуют. Три такие акции — и власть любима народом и армия ей предана.

Вот ты в больнице — и лежит человек (а хоть и не в больнице), у которого нет и не будет денег на операцию. Дай ты ему тут же, перед прессой, сумму из средств хоть кремлевской, хоть губернаторской администрации. И будешь ты легендой, и у людишек забитых в груди потеплеет.

Власть, не желающая считаться с народом, когда она наверху — бесполезно пытается договориться с ним, когда он свернет ей шею.

4. Закон создания национальных героев. Должны быть образцы духа и патриотизма — для подражания! Памятник геройски погибшим подводникам! Памятник ликвидаторам Чернобыля! Памятник несчастной десантной роте — высокий, гранитный, торжественный! И чтоб цветы и почетный караул юных друзей армии! Телевидение, журналисты, генералы и депутаты!

Страна должна иметь своих героев. И страна должна знать своих героев.

И семья и родные героя не должны нуждаться больше ни в чем. Он отдал жизнь за родину — и Родина берет на себя заботу об его близких. Квартира! Пенсия — большая, реальная! Обучение детей, лечение! Приглашения на торжества и встречи с оплатой проезда и подарками!

И только тогда люди начнут говорить вместо «эта страна» — наша страна. Потому что «эта страна» — не наша. От нас в ней ничего не зависит. О нас она не думает. Мы ей нужны только как рабсила и материал для выдавливания из нас денег. А принадлежит она сворам жадных и лицемерных хищников, захватывающим власть друг у друга.

Где Герой России — пограничник, отдавший жизнь в бою на рубежах истерзанной России? Где памятник, где статья в календаре, где отряд воспитанников его имени?

Где светлый образ милиционера, геройски павшего в единоборстве с опасным преступником?

Где пожарный, спасший ребенка из огня и погибший сам? А ведь они действительно и спасают, и гибнут!

Да где нормальный мальчишка, спасший из речки тонущего приятеля, и привезенный в Кремль, и получивший медаль из рук президента? Чтобы все знали — хорошо быть храбрым и самоотверженным, а не богатым и модно одетым!

ВЫ ВООБЩЕ В СВОЕМ КРЕМЛЕ О ЧЕМ-НИБУДЬ ДУМАЕТЕ, КРОМЕ СВОЕЙ ВЛАСТИ И СВОИХ ДЕНЕГ?

Зачем вы поставили под контроль СМИ? Чтобы запретить негативную информацию? А позитивную за вас Пушкин гнать будет?

Всегда могут возразить, что героев таким образом окажется много, а денег всегда мало. Глупости.

Героев не может быть много по определению. Из тысячи, совершивших подвиги, в герои выбирается один. Это несправедливо и цинично, но человеческой психологии требуются единичные, исключительные, взнесенные на пьедестал примеры героизма. И это знали всегда разумные правители, это банально!.. Но банальные истины — самые верные, они выдержали испытание повторением и временем.

5. Закон героизации простого человека. Вы понимаете всю тяжесть и беспросветность жизни простого учителя, простого врача, простого работяги? Власть должна быть на стороне шахтеров, а не тех, кто мошеннически крадет их деньги.

Любой врач, учитель, шахтер, обувщик, машинист тепловоза, крестьянин, рабочий-металлист, да кто угодно — должен иметь в сознании, что точно такой же пахарь, как он, в его стране может работать черт-те как рационально, ударно и успешно и жить поэтому зажиточно, уважаемо и счастливо.

Положите каждому в ранец маршальский жезл! Вот в чем состоит долг, искусство и работа пропагандиста.

Не надо много ударников, не надо повсеместно «бригад коммунистического труда». Но «маяки во мгле» должны быть!

Поймите, вы, умственные калеки. Любой человек должен и хочет иметь право на гордость своей работой. Да — Стаханов был явлением дутым, на него большая бригада в обслуживании пахала. Но — он был трудяга, и почет был за труд! И прославление одного — было поощрением, возвышением и обнадеживанием всем шахтерам: вас ценят, вами гордятся.

Установите отраслевые премии. Большие, весомые. И вручайте их раз в год — в Москве, в центре, торжественно, с орденами. Не к датам и амнистиям — а условно лучшим в профессиональный сбор. И пусть едут сиять и рассказывать в свои провинции, ибо Россия, как известно, это не Москва. И не толпе народа вручайте, а выделяйте для прессы и славы одного, двух, чтобы — запомнить и знать.

Дайте старой учительнице квартиру, персональную большую зарплату и пенсию, машину, путевку в Сочи и поездку в Италию, и напечатайте в газетах ее фото с медалью на лацкане. И чуть-чуть станет легче дышать многим учителям. И не только учителям, потому что банкиры и топ-менеджеры в лимузинах и виллах вызывают только безнадежность и злобу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Веллер, Михаил. Сборники

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное