Читаем Sputnik (СИ) полностью

Каждую неделю было по одной общей и одной индивидуальной тренировке с Солдатом, но на практике все оказалось совсем не похоже на женские грезы. Все провокации и незаметные попытки пофлиртовать проходили мимо, и одна за другой девушки падали на маты, отлетали к бортикам, оказывались на лопатках с перебитым дыханием и раскрасневшимися лицами.

Девушки соперничали между собой за каждую секунду его внимания. На совместных тренировках готовы были драться не с ним, а между собой, чтобы он только посмотрел. Злились все время, ведь этого не происходило. Ещё сильнее возненавидели Наташу за то, что он время от времени хвалил ее, — из четверых она единственная хотя бы иногда умудрялась удивить его неожиданным приемом, заставить изменить запланированной траектории.

— Ты можешь лучше, забываешь дышать. — Максимум, которого он удостаивал девушек даже после всех их усилий, тогда как Романовой иногда удавалось услышать в свой адрес «молодец». После этого она обычно тоже отправлялась на маты с глухим звуком или оказывалась в захвате, из которого не могла выбраться, но сам факт признания был важен.

— Не понимаю, как она это делает, — жаловалась Лена, стоя после второй совместной тренировки в общей душевой. — Объясни, мне, Марин, ну как ей это удаётся?

Лена Белова была красоткой, каких в КГБ ещё поискать даже среди женской части спецагентов. Длинные русые волосы, кукольное лицо с пухлыми губками и огромными глазами. Пока их четверых не отделили, она нравилась многим ребятам из общей группы, но тем не менее всегда была второй после Наташи. На тренировках, на занятиях в балетном классе — предпочтение всегда отдавали Романовой.

— Не знаю, — пожала плечами Марина, заходя под открытую воду.

У неё амбиций было не так много, а потому превосходство Наташи душило ее чуть меньше. В отличие от Лены, Марина была скорее просто симпатичной, чем красивой, и не притягивала к себе так много внимания.

Первые капли упали на ее кожу, и девушка прикрыла глаза, проводя уставшими после тренировки руками по забившимся плечам. Завтра двигаться будут с трудом. Каждый раз, отрабатывая с Солдатом ближний бой, они буквально выползали из зала, тогда как он, казалось, уставал не больше, чем от короткой утренней пробежки. Его одного с лихвой хватало на четверых.

— Может она кого-нибудь из генералов трахает? — предположила Оля, держа ушибленное плечо под холодной водой. — Ну а что? Это бы объясняло, почему ее все руководство так любит. Как ещё такого добиться?

В крайней слева кабинке скрипнул кран, вода перестала литься. Лена с Мариной испуганно переглянулись, понимая, что совершенно не заметили присутствие в душевой четвёртого человека. Оля закусила нижнюю губу, заливаясь красным.

Послышалось несколько шагов босыми ногами по мокрому кафелю, мелькнули влажные после мытья огненно-рыжие волосы.

— Н-Наташа…

Зеленые глаза смерили трёх девушек из-под полуопущенных ресниц, уголок губ приподнялся в ухмылке. Романова держала чистое полотенце одной рукой. По обнаженному телу, на котором уже начала проявляться очередная порция синяков, ещё стекали капли воды.

— Тебе интересно, как? — спросила она Олю, после чего бросила взгляд в сторону двух других девушек, самодовольно улыбаясь. — Я просто пашу как лошадь. Советую тоже попробовать.

Три пары глаз стыдливо сверлили пол, пока Наташа шла к двери, уверенно смотря прямо перед собой.

В ту ночь она рыдала ещё сильнее, чем обычно, но, как и всегда, никто этого не слышал. Толстые стены не пропускали звуки.

========== 2. ==========

Когда Степанова сказала, что на индивидуальных тренировках с Солдатом время от времени будет присутствовать один из их прежних наставников, чтобы фиксировать прогресс, Наташа сначала не придала значения. Подполковник Зеленов был в целом персонажем нейтральным — без лишней надменности, присущей высшим чинам, и без той бесцеремонности, с которой на спецагентов глазели его коллеги помоложе.

Обычно он оставался в стороне, молча делал какие-то пометки карандашом в своих бланках. Иногда подходил в конце, спрашивал у вымотанной до двадцатого пота Романовой, как ощущения и физическое состояние, и ее это устраивало, хоть и немного отвлекало. Но когда с начала занятий по особой программе прошёл месяц, и стал приближаться первый отчёт перед руководством, он вдруг решил основательно вклиниться в процесс.

— Давай активнее, Наташа! Поворачивайся, чего на месте стоишь?!

Где-то в районе солнечного сплетения у неё уже закипала злоба. Наташа двигалась так быстро, как могла, но Зимний Солдат двигался быстрее. С трудом блокируя его выпады и парируя взмахи ножа, девушка едва успевала наносить свои удары, ни один из которых ещё не смог достичь цели. Он будто нарочно издевался, дразнил, не позволяя ее клинку приблизиться. То и дело не в полную силу, но все же ощутимо бил по предплечьям, перебрасывал нож в воздухе и ловил другой рукой, когда Наташе уже почти удавалось взять его в захват.

— Ты не стараешься, Наташа, — продолжал напутственным тоном указывать Зеленов, чем бесил ее ещё больше.