Читаем Спутанные частицы (СИ) полностью

При разведывательном поиске корабль попал под гравитационное воздействие не обнаруженного ранее МТТ (массивного тёмного тела). После аварийно сработавшей автоматической защиты стало понятно, что экипаж обречён. Однако командир принял самое парадоксальное в данной ситуации решение – он двинулся прямо под горизонт событий, рискуя сделать корабль и экипаж жертвой чудовищных приливных сил. Излишне говорить, что перед этим он принял «чайку». Один из членов экипажа, видя «неадекватность» командира, попытался физически помешать тому сделать задуманное, но оказался блокирован и зафиксирован третьим членом команды, который капитану «поверил». В результате необратимого действия корабль-разведчик выполнил манёвр проскальзывания вдоль границы горизонта событий (позже данное свойство материи назвали в честь командира – трамплином Бойче) и ухода на безопасную траекторию.

Именно после этого случая главный Коммандер Космических сил дальнего поиска в интервью «АРТ» назвал метапризон лекарством от здравого смысла. А известный пост-фикшн-автор М. Тетиньский опубликовал книгу с одноимённым названием (роман получил платиновый статус). Справедливости ради стоит отметить, что бестселлер Тетиньского является художественным произведением, и последствия применения исследуемого нами препарата там показаны больше с фантастических, нежели с реальных точек зрения.

Вывод – перечисленные инциденты доказывают высокую эффективность препарата в определённых внешних обстоятельствах. Реальность.

Расследование 3

Инцидент на Шаагло

Я не мог обойти вниманием очень обсуждаемую в своё время в среде космолётчиков историю про «бойню на Шаагло», часто приписываемую галлюциногенному побочному эффекту метапризона. Так как данный инцидент случился в расположении военного корпуса внешней базы Второго Кольца, то и расследованием чрезвычайного происшествия занималась военная прокуратура, чьи материалы остались засекреченными. Но мне удалось ознакомиться с некоторыми протоколами предварительного дознания, копии которых остались в юрисдикции местной службы безопасности Управления Контроля на Шаагло.

Вкратце обозначу, о чём идёт речь.

Инцидент произошёл во время транспортного перелёта десантного крейсера типа «Сатуран-МС» (бортовой 14) между терминалами военной базы планеты-гиганта Шаагло (галактика СН-3-12, ПС-гало-1). Первый пилот корабля Арман Кески по показаниям очевидцев неожиданно «сошёл с ума». Забаррикадировался в пилотской кабине и принялся обстреливать из автомата-пулемёта любого, кто к нему приближался. Диспетчер, «ведущий» борт 14, неоднократно получал от Армана по каналу связи панические сообщения об атаке неизвестных чудовищ, которые неведомым образом оказались на корабле. Первый пилот истерически требовал помощи и четыре раза передал открытым текстом экстренный сигнал «Mayday, Mayday, Mayday»[3]. При попытках деблокирования кабины и нейтрализации обезумевшего пилота погиб сержант Марк Бренсен (пулевое ранение в голову) и была тяжело ранена лейтенант Марика Стойчева, командир группы космодесантников (в неё угодило пять пуль: две в бедро, две в живот и одна в область сердца[4]). После обезвреживания Армана Кески у того случился сильнейший судорожный приступ, однако средствами реанимации жизнь ему удалось сохранить.

Одной из причин случившегося некоторые новостные каналы указали воздействие на организм пилота метапризона, который он якобы принял для осуществления безопасного перелёта. Следует сказать, что данная информация появилась из непонятных и необъявленных источников и её достоверность полностью остаётся на совести озвучивших её СМИ. Однако версия про «чайку» сразу же получила большую огласку в профессиональной среде и стала активно муссироваться среди космолётчиков.

Мне по этой теме на основании изученных документов (список материалов – приложение 4) удалось выяснить следующее.

Арман Кески страдал тяжёлой формой шизофрении (источник – медвыписка из истории болезни КА-18-2199-3А). Как он попал на военный корабль в качестве первого пилота десантного катера – вопрос к профильным ведомствам МО. По предварительной версии службы дознания это случилось в результате халатности или подлога.

Он действительно периодически принимал препараты из ряда ноотропов и катинонов (но не квази-ноотропов, к которым относится метапризон) по медицинским показаниям.

Накануне трагического полёта он допоздна (по показаниям свидетелей) засиделся в баре на Острове Шаагло (получив увольнительную, вместе с коллегами якобы отмечал столетие Боевой Гвардии). Празднество сопровождалось обильными возлияниями алкоголя. Поутру, перед вылетом, он «глотал таблетки горстями» (показания второго пилота), чтобы сбить абстинентный синдром. С большой долей вероятности, именно эта комбинация и очевидный передоз принятых лекарственных препаратов и послужил причиной своеобразной «белой горячки» Кески, приведший к таким трагическим последствиям.