Читаем Совы не моргают полностью

– Спасибо… Джо, мне еще раз виски с водой.

Официант повернулся к Хейлу.

– Принесите ему еще один джин с кока-колой, – сказал я, – но сделайте так, чтобы он по-настоящему почувствовал вкус, если не хотите, чтобы наша компания распалась.

Официант снова взглянул на Хейла, потом на меня:

– О’кей, а вы что хотите?

– У меня еще есть выпивка.

– Вам полагается еще один напиток без дополнительной оплаты, – принялся объяснять официант. – Когда у вас за столом девушка, вы…

– Знаю, – перебил его я. – Принесите напитки, пока люди не умерли от жажды прямо посреди вашего ночного клуба.

Мэрилин рассмеялась. Хейл принялся с любопытством оглядывать зал.

Мэрилин глубоко затянулась сигаретой и произнесла небрежно:

– Вы найдете это, если пройдете через арку, в следующей комнате.

Казалось, что Хейл сконфужен.

– Извините, – пробормотал он.

– Это вон там.

– Что?

– То, что вы ищете.

Хейл откашлялся, отодвинул свой стул и с достоинством произнес:

– Извините, я на минутку!

– Боюсь, что он не очень хорошо переносит выпивку, – сказал я, наблюдая за тем, как адвокат пересекает зал.

– Очень многие старики плохо ее переносят. Он славный человек, правда, Дональд?

Она внимательно следила за мной, ожидая ответа.

– Угу.

– Похоже, вы произнесли это без особого энтузиазма.

– А что вы хотели чтобы я сделал? Вытянулся по стойке «смирно» или вспрыгнул на стол и начал размахивать флагом?

– Не дурите. Я просто сказала, что он хороший парень.

Она некоторое время сидела потупившись, а снова взглянув на меня, внезапно улыбнулась открытой улыбкой, причем глаза ее оставались серьезными. Эта улыбка как бы содержала намек на некую интимность.

– Поймите меня правильно, Дональд. Я хочу сказать, что он довольно славный, но вы, я думаю, понимаете, что молодость стремится к молодости.

– Продолжайте, закончите свою мысль, – сказал я, когда она, казалось, застряла на середине фразы. – Так к чему стремится молодость?

– Да так…

Я рассмеялся:

– Пожилым женщинам нравятся молодые люди, а старым мужчинам – юные девушки. Если бы мужчины постарше уделяли больше внимания своим ровесницам, все были бы счастливее.

Продолжая смотреть мне в глаза, она призналась:

– Что касается меня, то я хочу молодости! – Мэрилин протянула через стол руку и стиснула мою. – Что вы сказали той девушке?

– Какой девушке?

– Той, которая подошла к автомату с сигаретами, когда вы бросали шары, Розалинд. В прошлый раз вы покупали ей выпивку, помните?

– Она мне не очень понравилась тогда, – ответил я. – Думаю, это ее разозлило. Я все время смотрел на вас, когда она была со мной.

– О!

– А вы с Эмори вроде хорошо поладили?

– Да, прекрасно. А что?

– Просто спросил, после того как вы заговорили о пожилых мужчинах и о том, что стремитесь к молодости.

Она усмехнулась и сказала:

– Ну, он несколько другой. Такой странный… Я бы сказала, старомодный. Мне он напоминает отца. А чем он занимается?

– Он адвокат из Нью-Йорка.

– О, адвокат! И процветающий?

– Да, похоже, раз может позволить себе швыряться деньгами. И он не из тех крутых, которые знают всякие уловки. Специализируется на официальных завещаниях. А вообще-то он немного наивный.

– Странно, но мне кажется, что в его жизни есть что-то такое… Ну вы понимаете, о чем я, – его окружает атмосфера неудачи. Может быть, несчастливый брак? Домашние неприятности?

– Вряд ли. У меня сложилось впечатление, что он богатый вдовец.

– О!

– Вот он идет, – сказал я. – Посмотрите, как двигается. Ступает явно слишком осторожно.

– Еще один джин с кока-колой – и его ноги просто перестанут касаться пола, – рассмеялась Мэрилин. – Смотрите, Дональд, – вдруг сказала она торопливо, – помните девушку, о которой я только что вам говорила?

– Вы имеете в виду Розалинд?

– Да.

– Ну и что?

– Постарайтесь найти возможность поговорить с ней. Она от вас без ума. Вы, возможно, не понимаете, но, если девушка в таком месте, как это, увлекается мужчиной так, как она увлеклась вами, ее очень задевает, если вы приходите и сидите весь вечер с другой. Скажите ей что-нибудь приятное, ладно?

– Ну конечно. Только она вряд ли запомнила меня.

– Запомнила вас! Да говорю же вам, она по вас с ума сходит. О, вы вернулись, Эмори! Как раз вовремя, чтобы выпить. Джо сейчас принесет. Как вы себя чувствуете?

– На миллион долларов! – ответил Хейл.

– Вон Розалинд. Она здорово играет в шары. Готова биться об заклад, что она когда-нибудь разорится, играя в них в дневные часы, когда у нас затишье. – И Мэрилин выразительно посмотрела на меня, улыбаясь.

– Извините меня, – сказал я и направился к аттракциону. Краем глаза я видел, как Мэрилин сделала знак Розалинд.

Я бросал уже третий шар, когда заметил, что Розалинд стоит рядом со мной.

– Что ты сделал с ней? – спросила она.

– А что?

– Она позволила мне заняться тобой.

– Я дал ей понять, что с ней там сидит денежный мешок, – ответил я.

– Это правда?

– Возможно.

– Он твой приятель?

– В некотором роде, а что?

– Да ничего, просто спрашиваю.

Я закончил игру, опустил монету в щель и нажал на рукоятку.

– Хочешь попробовать? – спросил я Розалинд.

Она начала бросать шары. Джо подошел и со значением посмотрел на меня.