Читаем Соратники Гитлера. Дёниц. Гальдер. полностью

1 октября 1916 года обер-лейтенант флота Дёниц, в то время исполнявший обязанности адъютанта капитана второго ранга фон Кнорра на «Бреслау», был откомандирован в подводный военно-морской флот. В аттестации, данной на него его последним командиром, было сказано, что обер-лейтенант является способным офицером и годен для прохождения службы как в подводном, так и в надводном флотах. Первоначально последовал приказ о возвращении на родину. Юная чета Дёницев прибыла в город Киль и поселилась на Фельдштрассе. Шел третий год первой мировой войны, на Западном фронте она давно уже превратилась в позиционную войну на суше и в транспортную войну на море, английская блокада наложила свой отпечаток на положение с материальным обеспечением. Блестящая империя кайзера, кажущееся неисчерпаемым благополучие, бьющее через край сознание силы уже угасли. Родной край совсем не походил на ту страну, которую Дёниц покинул в 1912 году. Последняя надежда — на глобальную подводную войну против Англии, чтобы вынудить эту островную империю к уступкам и ослабить удушающую петлю блокады. Но какое воздействие окажет это на позицию Соединенных Штатов Америки — такой вопрос не возникал у молодых, начинающих офицеров-подводников, да и не мог возникнуть, так как для вопросов и раздумий теперь не было времени. Один учебный курс следовал за другим: сначала обучение подводным торпедным стрельбам на учебном миноносце «Вюртемберг», затем курс обучения вахтенных командиров подводных лодок на учебном судне «Вулкан». В январе 1917 года, незадолго до объявления глобальной подводной войны, обер-лейтенант Дёниц прибыл для прохождения службы в должности вахтенного офицера на подлодку U-39. Командир, капитан-лейтенант Вальтер Форстман, уже создал себе известность. Дёниц учился ведению боевых действий в Атлантике. Число погружений резко возросло. Однако те подлодки, что имелись в распоряжении для ведения транспортной войны, очень проигрывали в количественном отношении. Каждая подлодка вела свой бой в одиночку. Противник же отправлял свои транспортные суда в сопровождении многочисленного и хорошо вооруженного конвоя. Таким образом, действия подлодок не смогли помешать Соединенным Штатам Америки объявить войну Германской империи, использовав как повод к пей глобальную подводную войну. Соединенные Штаты Америки отправили в Европу большую Экспедиционную армию, состоящую из прекрасно вооруженных свежих дивизий.

Но, как и в 1914–1916 годах, судьбе вновь было угодно удалить Дёница с главного театра военных действий, разворачивающих у берегов Англии. Он был назначен во Вторую немецкую подводную флотилию, базировавшуюся в австро-венгерском военном порту Пола (современное название Сплит, находится в Хорватии. — Прим. пер.) на Адриатическом море. Когда район стратегического сосредоточения и развертывания немецких подлодок в Северном море сузился, то местом нахождения военно-морских сил стран Центральной Европы (военного союза Германии и Австро-Венгрии, к которому присоединились Болгария и Турция. — Прим. пер.) стал порт Пола в «бутылочном горлышке» Адриатики. Каждая подлодка, вводимая в бой против итальянских кораблей, осуществлявших связь между портами, и против британских караванов судов с их охранением, должна была прорываться сквозь минные и сетевые заграждения противника в проливе Отранто, опасаясь также и наблюдения с воздуха.

В Поле Дёниц стал командиром небольшой подлодки UC-25, затем он получил под свое начало большую подлодку U–68 с шестью торпедными аппаратами (12 торпед) и корабельной пушкой калибра 88 мм. Боевая задача, поставленная ему, предписывала заминировать морское пространство близ берегов Сицилии и затем топить вражеские торговые суда. В начале октября 1918 года он согласовал свои действия с командиром другой подлодки о совместном нападении на вражеский конвой в море юго-восточнее Сицилии, создав, так сказать, прообраз группового взаимодействия подлодок при выполнении боевой задачи. Но эта операция не осуществилась, ремонтные работы задержали выход в море второй подлодки.

4 октября Дёниц на подлодке U–68 атаковал британский конвой у мыса Пассеро возле берегов Сицилии и потопил один корабль, однако отказал аппарат управления глубоководным погружением. Он был вынужден всплыть прямо в расположении вражеского конвоя и тотчас подвергся артобстрелу с торговых судов и с кораблей конвоя. Его подлодка получила множество повреждений и сдалась. Британцы вытащили из воды главного инженера и пятерых матросов и пленили всех до единого членов экипажа. Попав на британский военный корабль, Дёниц тотчас приказал своей спасенной команде построиться, подтянуться и провозгласил троекратное «Ура» в честь Его Величества кайзера. Британский командир нашел эти действия театральными и отодвинул Дёница в сторону. В остальном обращение с ними было безупречным.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное