Читаем Соратники Гитлера. Дёниц. Гальдер. полностью

Пребывание за границей расширяло кругозор, помогало узнать чужие страны и народы, понять их душу. Еще на «Герте» гардемарин повидал Испанию и Северную Африку. В Сан-Себастьяне король Испании Альфонс XIII устроил экипажу учебного немецкого судна прием, на котором гардемарины блеснули хорошим воспитанием, хотя никто их раньше не учил правилам поведения при представлении столь высоким особам. Начальство просто положилось на их манеру держать себя. Служба на «Бреслау» позволила Дёницу познакомиться с иностранными военно-морскими флотами. В 1913 году немецкий легкий крейсер совместно с английскими, французскими, итальянскими и австрийскими силами приступил к блокаде королевства Монтенегро (итальянское название Черногории, принятое в ряде стран. — Прим. пер.), вследствие чего, к недовольству великих держав, была захвачена Албания, принадлежавшая ранее Турции. Под командованием капитана третьего ранга фон Левенфельда десантный отряд произвел высадку в Скутари. Дёниц набирался опыта в службе и на суше. Осенью прибыли в Грецию, затем состоялось кратковременное посещение Суэцкого канала и прием угля в Порт-Саиде.

Ранней весной 1914 года «Бреслау» был откомандирован в Корфу, где кайзер Вильгельм II постоянно проводил несколько недель на своей вилле «Ахиллейон». Тем временем князь Вильгельм Вид, состоявший в свойстве с румынским королевским домом Гогенцоллернов — Зигмарингенов (Румынская королевская династия 1866–1947 годы, одна из ветвей династии Гогенцоллернов. — Прим. пер.), на судне «Мрбет» получил титул князя Албании. Войска Монтенегро вынуждены были снова покинуть страну, ни Австро-Венгрия, ни Италия не желали образования сильной державы на выходе в Адриатику. Однако кандидатура князя Вида в качестве претендента на престол не встретила отклика со стороны гордых и своенравных представителей родовой знати. Вместе с английскими военно-морскими силами «Бреслау» взял на себя охрану «Мрбета» перед портом Дураццо (современное название — Дуррес. — Прим. пер.).

Отношения между немецкими и британскими морскими офицерами были товарищескими, несмотря на возникшее напряжение между Берлином и Лондоном в вопросах, касающихся вооружения обоих флотов. Дёниц получил возможность понять образ мыслей британцев, безупречное поведение которых сочеталось с гордостью за свой флот, являющийся хозяином мирового океана.

Близ берегов Дурреса «Бреслау», командиром которого между тем стал капитан второго ранга Каттнер, настигло известие о начале первой мировой войны. Это означало войну с британским флотом. В случае объявления войны средиземноморский дивизион Зоухона должен был совместно с флотом объединенных сил Австро-Венгрии и Италии прежде всего пресечь сообщение Франции с ее североафриканскими владениями — Алжиром и Тунисом, чтобы парализовать транспортировку войск во Францию. Однако совместных действий не получилось. Италия осталась нейтральной, а Австро-Венгрия сумела избежать войны с Англией.

Вице-адмирал Зоухон со своими кораблями, броненосцем и легким крейсером, мог положиться только на себя самого. Прежде всего, чтобы хоть частично выполнить боевую задачу, он предпринял смелый рейд вдоль алжирских берегов и обстрелял из орудий порты Бон и Филипвиль (современные названия — Аннаба и Скикда. — Прим. пер.). Затем он решился — без указания на то главного морского штаба в Берлине — на прорыв на восток, в Дарданеллы, чтобы поставить свои корабли под защиту Турции, ставшей, возможно, союзницей. Французский средиземноморский флот вообще никак не прореагировал на атаку Зоухона. Британский главнокомандующий на Мальте адмирал Милн и командующий средиземноморской эскадрой адмирал Троубридж, располагавшие намного более превосходящими силами, имели строгий приказ главного морского штаба в Лондоне, предписавший воспрепятствовать прорыву немецкого дивизиона как через Гибралтарский пролив на запад, так и в Адриатику, а также соединению немецких и австро-венгерских военно-морских сил. Однако они действовали недостаточно быстро, предпринятые меры запоздали. Зоухону удался прорыв в Босфор, что было проделано с точки зрения тактики ведения боя на море блестяще и восхищало Дёница на протяжении всей его жизни. Позже, размышляя об успехе этой операции, он отмечал, что адмирал Зоухон принял свое решение, не дожидаясь приказа из высоких кабинетов. Из-за этого «побега» (счастливого для Зоухона) немецкого средиземноморского дивизиона оба английских адмирала были сняты с занимаемых должностей и отданы под суд военного трибунала. А матросы в таких случаях ссылаются на приказ высшего руководства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное