Читаем Соратники Гитлера. Дёниц. Гальдер. полностью

Дёниц не имел совершенно никаких сведений о том, что в Берлине консервативные круги готовят низвержение республики, что главный управляющий земского представительства Вольфганг Капп в Пильцене в Восточной Пруссии разработал концепцию нового монархического социал-авторитарного государства и что некоторые высокопоставленные армейские офицеры, а также главнокомандующий военно-морскими силами адмирал фон Трота вынашивали планы военной диктатуры и не теряли связь с Каппом. Офицеры военно-морской базы в Киле были поражены, кода узнали, что 13 марта 1920 года в Берлине произошел вооруженный переворот, в котором принимали участие офицеры. В результате путча Капп был провозглашен диктатором. Во флотилии в Киле возникли опасения относительно реакции на этот государственный переворот, направленный против республики, рядового состава, внутренне еще малодисциплинированного. С согласия или, во всяком случае, при попустительстве законного правительства, ретировавшегося в Дрезден и возглавляемого рейхспрезидентом Эбертом и рейсхканцлером Густавом Бауэром, представителем партии социал-демократов, профсоюзы объявили всеобщую забастовку. В некоторых местах, как, например, в Рурской области, а также в расположенном по соседству Мекленбурге, это было использовано радикалами из независимой социал-демократической партии и коммунистической партии для перехода к вооруженному восстанию. Никто не мог предугадать реакцию рабочего класса в Киле на эти события. Поэтому последовал приказ о передислокации миноносцев в город Засниц, на остров Рюген, в надежный и спокойный порт.

Со старыми кораблями часто случались аварии. Судно Дёница вынуждено было из-за повреждений котла прервать плавание и причалить в порту Варнемюнде. В Мекленбурге главнокомандующий рейхсвером (германскими вооруженными силами), получивший известность после кампании в Восточной Африке, генерал фон Леттов-Форбек, выступил на стороне Каппа; рабочий класс в Варнемюнде и Ростоке, где располагались судоверфи, присоединился к забастовке. Когда Дёниц хотел в Варнемюнде ночью пришвартоваться, вооруженные рабочие открыли по нему с берега огонь из пулеметов, думая, что это нападение «каппистов». Дёниц не ответил на огонь, а стал объяснять через мегафон, что он хочет только пришвартоваться в порту Варнемюнде, чтобы набрать воды для питания машин и устранить поломку котла. Пулеметы смолкли. «Темные фигуры» — так вспоминал позже Дёниц — удалились. При всех бедах, свалившихся на его родину, даже одна такая мысль, чтобы еще вести гражданскую войну, была ему отвратительна.

Поломки оказались столь серьезными, что последовал приказ о возвращении в Киль. Там царила всеобщая забастовка, и даже военно-морской флот прекратил несение службы. Дёниц с глубокой горечью вспоминал позже об этом. Через два дня этот наспех затеянный и совершенно дилетантски подготовленный путч плачевно провалился. Дёниц полагал, что начнется восстановление монархии, и это, как ему казалось, совсем не соответствовало времени. Главнокомандующий военно-морскими силами адмирал фон Трота подал в отставку, его сменил сначала адмирал Михаэлис, затем адмирал Бенке и в 1924 году адмирал Ценкер. Капповский путч подвел Дёница к выводу, наложившему свой отпечаток на всю его дальнейшую жизнь: офицеры не должны вмешиваться в политику. Определять форму государственного правления — это дело народа, а не офицерского корпуса.

Дёниц был убежден, что главнокомандующий военно-морскими силами, приняв участие в путче, поступил безответственно и подверг тем самым рядовой состав и офицерский корпус остатков военно-морского флота тяжелому испытанию. Перед офицерским составом может быть поставлена лишь одна задача — защита рейха, что, правда, было едва ли выполнимо ввиду явных материальных трудностей и личного бессилия. При возникновении внутренних беспорядков, конечно, мог последовать приказ от законно избранного правительства рейха о боевом применении сил, и это само собой разумелось, но эта проблема представлялась в отношении военно-морского флота из-за его ограниченных возможностей применения на суше совсем по-другому, чем касательно сухопутной армии. Во всяком случае из капповского путча он извлек урок, который не прошел для него даром. Это до конца осознанное и последовательное аполитичное мышление нашло свое подтверждение в том духе, в котором потом воспитывали маленький офицерский корпус главкомы военно-морского флота адмиралы Бенке и Ценкер: беспрекословное выполнение своего долга и безупречная служба народу и отечеству — дело чести каждого офицера. Эти адмиралы воспитывали своих офицеров по тем же принципам, что и главком сухопутных войск генерал фон Зеект в армии.