Читаем Соавторы полностью

Мистер Кардинал отреагировал агрессивными и оскорбительными нападками в мой адрес. Вполне возможно, что он попытается связаться со Скоттом и так же оскорбить его. По причинам элементарной безопасности этого следует избегать; мистер Кардинал может спровоцировать у Скотта вспышку психопатического самодеструктивного поведения.

Билл Уорсли или я должны проверять любую корреспонденцию, которую Майк Кардинал посылает Скотту. Мы будем принимать решение касательно того, что с ней делать. Скотту не будет разрешено снова писать письма мистеру Кардиналу. Обозначу свою позицию максимально доходчиво: я хочу захлопнуть дверь между этими двумя людьми…

***

5 ноября 1996 г.

Моему другу Скотту:

Я начал работать над нашим сценарием, и весьма воодушевлён тем, как далеко мы уже продвинулись. Я тут подумал, не отправить ли тебе несколько страниц того, что я написал, чтобы ты оценил. Думаю, это реально крутая штука. Это просто пример того, что я хочу сделать с твоей историей, но я горжусь этим маленьким фрагментом; я уже отправил его своему агенту, а также парочке «голливудских» звёзд, которых знаю лично – Бобби де Ниро, Тому Крузу, Дики Гиру, Дастину[4], Деми[5], Сандре[6], Джоди Фостер. Думаю, что от предложений будем рукам и ногами отбиваться!

С приветом,

Твой Соавтор

***

ЗВУК НАРАСТАЕТ:

ИНТЕРЬЕР: КУХНЯ УИТМАНОВ – БЛИЖЕ К ВЕЧЕРУ

Камера медленно проходит слева направо, показывая КОМНАТУ – в ней заметны следы недавней жестокой драки. Стулья перевёрнуты, один из них разбит в щепки. Кастрюли и сковороды разбросаны по полу. Выцветший линолеум цвета лайма испачкан кровью. Кровавые отпечатки ладоней подсыхают на практически бесцветных обоях. Где-то за кадром слышно, как КТО-ТО НАПЕВАЕТ, мелодия едва различима.

Наконец камера наводится на ПАРУ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ТЕЛ, лежащих крест-накрест друг на друге. Сверху лежит крупный лысеющий мужчина в заляпанном синем комбинезоне; из его спины торчит деревянная рукоять кухонного ножа. Это Уорд Уитман, счастлый отец Скотта Брэда Уитмана. Под ним лежит женщина в кухонном фартуке и дешёвом цветастом платье из магазина Эймса[7]; это Марси Уитман, мать Скотта. Всего мгновение она лежит недвижно, но потом слега ворочается, вслепую шаря по полу бледной рукой.

КАМЕРА НЕ ФОКУСИРУЕТСЯ НА МАРСИ И УОРДЕ, а продолжает двигаться ВПРАВО, и в определённый момент фокусируется на самом Скотте Уитмане. Он стоит спиной к зрителю. Он совершенно голый.. Крошечные брызги крови, похожие на несколько тысяч алых веснушек, усеивают его руки по самые локти. У его ног лежит ножовка. Скотт заглядывает в буфет, он достаёт оттуда продукты и расставляет их на полу рядом с собой: соль, перец, головка чеснока и латунная банка с оливковым маслом. Это именно он НАПЕВАЕТ МЕЛОДИЮ, и зрителям становится ясно, что это за песенка. Это «По прошествии времени», песня из фильма «Касабланка». В следующий момент мягким, почти женским голоском Скотт запевает:

СКОТТ

Пока он поёт, его голос ПЕРЕКРЫВАЕТ голос Дули Уилсона[8] и мелодия из кинофильма.