Читаем Смерть мужьям! полностью

Тщательно отерев подошвы, стряхнув уличную пыль и поправив волосы пятерней, Родион вошел в комнаты. Обстановка неуловимо напоминала интерьер Грановской: та же мебель, выбранная по модному каталогу, фотографии маленького сына и ощущение сытого, покойного уюта благоустроенной семьи.

– Вы отпустили прислугу? – спросил Ванзаров.

– Что?.. Ах, да... На даче с ребенком... Да не стойте, же садитесь, – скорее нервно, чем зло приказала радушная хозяйка. – У меня к вам дело...

– Нет, позвольте, это у меня к вам дело, – Родион счел нужным принять инициативу на себя. – Почему покинули место преступления без моего разрешения? С вас требовалось снять допрос. Завтра, будьте добры, явиться в участок для дачи показаний.

Екатерина Павловна посмотрела так, будто с ней говорили по-японски.

– Как? – вырвалось у нее.

– Есть порядок. Его нельзя нарушать. Если благодаря вашим заботам, обнаружено убийство, это должно быть отражено в протоколе.

– Как вы можете...

– Прошу прощения?

– Как можно упрекать меня в каких-то глупостях, требовать подписать какие-то дурацкие бумаги, когда мне угрожает смертельная опасность...

Жена дипломата довольно правдиво прикрыла лицо ладонью.

– Смертельная опасность? – переспросил Ванзаров, но ему не ответили. – Не та ли, о который упоминали днем?

Чиновника полиции наградили несколько раздраженным взглядом:

– О чем это вы?

– «Началось», так вы сказали. Должен спросить: что «началось»?

– Нет... Это совсем не то, ерунда.

– «Если Аврора убита, значит, и меня убьют», как, изволили выразиться, тоже ерунда?

– Вы мне не верите? – удрученно спросила Екатерина Павловна.

– Пытаюсь узнать, кто или что угрожает вам. Чтобы помочь, я должен знать. Будем откровенны?

Вместо ответа Делье протянула прямоугольный клочок. В сероватую бумагу впечаталась черная роза, рядом с ней коряво извивались чернильные стрелочки. Вердикт мог вынести только Лебедев, но невооруженный взгляд юного сыщика не нашел существенных отличий. Страшные метки были сделаны, как под копирку. Только награжденная была еще жива. Неужели в этот раз убийца решил заранее отметить жертву? И нарушить собственную систему? В этом должен быть какой-то серьезный смысл, ускользавший от прямой логики.

– И что это? – спросил Ванзаров.

– Разве не понимаете? – в голосе Екатерины Павловны появились жалобные нотки.

– Искренно говорю вам: нет.

– Знак смерти. Я обречена.

– Что-то вроде «черной метки» у пиратов?

– Это кажется забавным?

– Вовсе нет. Но должен понять, из чего сделан такой устрашающий вывод. Лично я вижу только розу и две загогулины. Почему они угрожают вашей жизни?

– Я это чувствую.

– И только? В таком случае, позвольте откланяться, – Ванзаров встал. – Жду вас завтра в участке.

– Куда вы? – поразилась Делье.

– Не хочу тратить время, когда меня пытаются водить за нос. Прощайте...

– Постойте! – почти приказала Екатерина. – Что вы хотите знать?

Родион устроился в глубоком мягком кресле и несколько вызывающе закинул ногу на ногу.

– Я готов попробовать еще раз, если обещаете не увиливать.

Молчание дамы было красноречивей капитуляции с белым флагом.

– Начнем с простого, – сказал Ванзаров. – Как получили весточку?

– Подбросили.

– Подробно. Как, когда, где...

– Где-то около пяти, когда я ожидала ваш визит, в дверь позвонили. Когда дошла и открыла, там никого не было. Но на пороге лежало это...

– Прямо на коврике? – уточнил Родион.

– Аккуратно расправленная...

Квартира на втором этаже, положить бумажку, нажать звонок и скрыться – в этом нет ничего фантастичного. Но зачем она потом дежурила под дверью: убийца мог позвонить второй раз? Неужели не понимает такой простой логики. Или страх отбил у женщины умение думать? Все-таки, почему ее не прикончили сразу, а стали пугать. Есть в этом какая-то наивная путаница, как в детских прятках.

– Предполагаете, кто мог прислать метку? Может быть шутка?

– Среди наших друзей подобных шутников нет...

– Екатерина Павловна, вы держите в доме какие-нибудь яды?

– Быть может, горничная хранит крысиный, впрочем, я не знаю...

– Умеете обращаться с оружием?

– У мужа и ружья не имеется...

– Так почему же обрывок так напугал вас?

Госпожа Делье, видимо, собралась с силами, и сказала: