Читаем Смерть мужьям! полностью

– Так вы не забудьте! – крикнула Матильда вдогонку. – На вас, господин сыщик, вся надежда хрупкой женщины!

За спинами толпы раздавались крики, но понять, что вызвало интерес улицы, было решительно невозможно. Вручив подвернувшему городовому шляпную коробку с приказом немедленно доставить важную улику в 4-й участок Казанский части, Ванзаров проявил излишнее для чиновника полиции любопытство и протиснулся сквозь толпу.

Утомленное солнце клонилось к горизонту, застилая проспект мягким желтоватым светом, но Родиону показалось, что его «затмило иное светило», как бы сочинили для пошлого романса. На кромке тротуара стояла барышня, описать которую, у юного чиновника полиции не хватило бы словарного запаса, так что нам определенного будет тяжело... Тут и антропометрическое бюро не поможет.

Подлинное чудо доходило чуть-чуть до плеча Ванзарова, и было разодето в нечто очаровательное, чего Родион, кажется, не разобрал вовсе. Нам же это проще сделать: барышня облачилась в изящный туалет из сукна цвета беж. Перед юбки-клош украшен двумя узкими расходящимися складками, образующими род передника, до половины каждой складки нашито по пяти крупных пуговиц. Короткий корсаж с круглой, волнистой баской, с широкими отворотами из белого сукна, отделан большими пуговицами. Жилет из белого сукна с вырезом «en Coeur»[2] на шемизетке из розового перкаля с отложным воротничком, и черный галстук. Шляпа из желтой соломы, украшенная диким полевым маком с зеленью и белыми кружевами. Ну, разве не прелесть?

Но и сама милая шляпка лишь украшала нечто сногсшибательное: копна волос цвета спелой пшеницы сияла волшебным отливом. Родион еще успел разобрать глаза, в которых сверкали нежные васильки, пока не погиб окончательно. Видение поразило настолько, что он не сразу понял, что происходит. Но дурман кое-как рассеялся. Стало ясно, что прекрасной незнакомке требуется помощь, и не кого-нибудь, а настоящего рыцаря.

Нижняя губка, прекрасная без сомнений, слегка дрожала, а за волшебный блеск глаз следовало благодарить выступившие слезинки, уже готовые скатиться по щекам. Барышня хоть и усмиряла волнение, но отчаянно стиснула рукоятку новенького дамского велосипеда знаменитой марки «Рудж». Он и стал причиной беды. Начальственно грозя кулаком, городовой распекал барышню за езду в неположенном месте, не имея на то специального разрешения, и вообще отчитывал за угрозу общественным нравам, а особенно лошадям.

– Но, в Париже можно ездить где угодно, и документов никаких не требуют, – пролепетала несчастная.

– Здесь вам не Париж, барышня, у нас предписания градоначальника имеются, – веско сообщил городовой, в котором Ванзаров, с хищной радостью, узнал Ендрыкина, того самого лентяя и лоботряса, что не удосужился написать рапорт и собрать свидетелей.

Пришел час мести.

Выйдя вперед, Родион нагнал на себя строжайший вид и весомо осведомился:

– Городовой, что здесь происходит?

Страж улицы словно уменьшился ростом, стремительно козырнул и доложил:

– Изволите видеть, ваше благородие, барышня нарушают...

– Значит, так, Ендрыкин, барышня выполняет важное задание. По личному распоряжению директора Департамента полиции. Все ясно?

– Так точно! – вытянулся городовой, но не удержался: – Это какое же?

– Дама проверяет пригодность велосипедов на предмет приобретения их для нужд полицейского резерва... Расходитесь господа, ничего интересного.

Скандала или хотя бы уличной драки больше не намечалось. Толпа, ощутив падение градуса, быстро рассеялась.

– Что стоишь, Ендрыкин, марш на пост, я сам провожу барышню...

Городового как ветром сдуло.

Спаситель же утонул в васильковых глазах и благодарной улыбке. Смахнув батистовым платочком ненужную влагу, барышня проворковала голосом, каким, наверное, поют райские птички (сами мы не слышали, приходится верить на слово):

– Спасибо, вы спасли меня.

– Какая ерунду, – грудь Родиона сама собой стала шире, а спина прямее, при этом остатки разума окончательно покинули разгоряченные мозги. Если раньше юноша стремительно влюблялся и остывал, как раскаленный булат, окунаемый в прорубь, то теперь натурально погиб. Ну, окончательно погиб. Без всяких возражений.

Ему застенчиво протянула ручку, Родион припал, после чего узнал, что неземное создание зовут редкостно и очаровательно: Софья Петровна Ухтомская. Ну, и чиновник полиции, в свою очередь, не остался в безвестности, не забыв упомянуть про «особых поручений».

– Как вам удалось так быстро справиться с этим ужасным городовым? – спросила барышня.

– Пустяки, они обязаны выполнять распоряжения сыскной полиции.

– Так, вы сыщик? Как интересно!

Заветное слово, беззастенчиво растоптанное в душе Родиона, заблестело праздничными красками.

– Всегда мечтала узнать, как работают настоящие сыщики... – сообщила она.

– Если позволите угостить вас чашечкой кофе, буду весь к вашим услугам.