Читаем Смерть инквизитора полностью

Вероломный Преступник препровожден был в нижний коридор тайных темниц, одетый в священное платье названной его Почитаемой, но не заслуженной им Веры, и на весьма крепкий деревянный стул, сделанный нарочно, не то чтобы посажен, но цепями и железными крепями, коими все члены его обхвачены были, к оному прикован: столь непокоримой дерзости его, грозившей все время ранами и убийствами, страшилися. В три часа ночи, как быть подобает, дон Хуан де Ретан до сведения нашего последний приговор довел и что скоро Преступник светской власти передан будет. Назначены Монсеньором Архиепископом, Инквизитором, напутствовать его были Доктор Дон Франческо Ветрано, Священник Прихода С. Николо-алла-Кальса, Советник; Отец Анджело да Полицци, Босоногий, Советник и Квалификатор; Отец Мелькиоре Бальдуччи, Общества Иисуса, Советник и Квалификатор; тоже и я был с ними, кои в другие разы в ходе разбирательства дела его подолгу тщетно меж себя больше ссорились, нежели спорили, призванные на исходе жизни его новую отчаянную попытку обращения предпринять. Кроме того, присоединились Отец Бакалаврий Фра Винченцо Мута, Приор Отцов Проповедников Св. Доминика; Отец Дон Джузеппе Чикала, Театинец, Настоятель Обители Св. Иосифа, Советник; Отец Плачидо Аджитта, Крестоносец, Советник. Пренебрегая меры предосторожности, поочередно всю ночь напутствовали его: никто оставить его не пожелал, и каждый гнал сон от очей, дабы общим убеждением многих сон адской сей души рассеян был. Однако, побуждаемые любезною щедростию Алькальда, в покои его удалясь, в коих блестящий и изысканный завтрак накрыт был, немало подкрепились.

Это одна из самых чудовищных, самых жутких картин, когда-либо нарисованных человеческим фанатизмом. И точно так же, как эти девять мужей, которые из кожи вон лезут вокруг приговоренного (правда, время от времени заходя подкрепиться в апартаменты алькальда), остаются, с их обширной теологической и нравственной ученостью, в истории человеческого бесчестия, Диего Лa Матина утверждает человеческое достоинство и честь, силу разума, твердость воли, торжество свободы.

Что он ответил на столь щедрое проявление сострадания, как разбил меткие замечания и тонкие доводы богословов, мы не знаем. Ясно, что он не отступил. Ясно, что отец Матранга и его коллеги, хотя и подкреплялись изысканными угощениями, предложенными хлебосольнейшим алькальдом, провели ужасную ночь и назавтра были сонные и потому, возможно, не смогли во всей полноте насладиться зрелищем казни.

Когда святые отцы поняли, что ничего у них не получится, и решили оставить фра Диего на произвол его мучительной судьбы, было уже воскресное утро 17 марта 1658 года. Шел дождь. Стал вопрос, не перенести ли праздник, ведь после стольких приготовлений и расходов грех было рисковать: дождь мог испортить впечатление от самых ярких и торжественных сцен; не говоря уже о проблеме как бы бытовой, словно дело касалось пикника на лоне природы, — проблеме внушительного штабеля дров на площади Святого Эразма, которые предстояло поджечь. Самым целесообразным показалось решение переждать, а тем временем одна за другой служились мессы.