Читаем Смех без причины полностью

Ну, думаю, какая экскурсия интересная была! А оказалось, что после экскурсии экскурсовод проводил детей в холл и спрашивает, какие возникли вопросы. Все молчат по обыкновению, лишь бы скорее отделаться. Тишина абсолютная. Учительнице сопровождающей неудобно, что дети такие нелюбознательные. И тут Володя поднимает руку – выручил коллектив! Ему дают слово, а тот возьми да и спроси:

– Скажите, пожалуйста, а где у вас тут туалет?

Все расхохотались, расслабились и отпустили детей с богом. Такие вот номера у него были. Но я боролась с этим, как могла.

Отец у нас был строитель, управляющий крупным трестом. Сначала Магнитострой, потом Курскстрой. От прораба через должность начальника СМУ (строительно-монтажного управления) стал руководителем треста. Жили мы в том самом доме, в котором располагался трест: полдома занимала сама организация, а полдома – работники треста. Когда я в школе задерживалась, муж приходил домой после работы, и Боря их всех кормил.

Борька умел все. Когда мальчики ходили в детский сад, Боре было шесть, а Вове два, тогда уже Борис у меня учился готовить и всем своим педагогам давал советы, как готовить форшмак, рыбу фаршированную, даже как «наполеон» испечь. Мне потом перезванивали и уточняли рецепт, все ли Боря правильно сказал. И не было ни одной ошибки!

А младший всегда знал, что Боря приготовит, и никогда не стремился чему-то в этом плане научиться.

Отцу хотелось, чтобы дети продолжили династию. Старший действительно пошел в строители, а младший сказал, что пойдет после восьмого класса в строительный техникум, а дальше видно будет. Он тогда уже пел, выступал по Курскому радио. Только-только появилось телевидение. Володя выступал, занял первое место, исполнял «Хотят ли русские войны?» и «Бухенвальдский набат» из репертуара Муслима Магомаева.

За это его наградили поездкой в пионерский лагерь «Артек». Он был тогда в седьмом классе. Там он выступал, как раз в это время туда приезжал Юрий Гагарин, так что первый орден – артековский – Володе вручил Гагарин. Фотография даже сохранилась.

Вернувшись из «Артека», Володя почувствовал тягу к пению. Рвение даже какое-то проявлял. Но для того чтобы угодить отцу, пошел все-таки в строительный техникум и закончил его. Отслужил армию, но, будучи еще в армии, подавал заявление на поступление в ГИТИС на музыкальное отделение. Три вокальных тура Вова сдал на «отлично», и его тут же взяли. Лева Лещенко закончил, а Вова как раз поступил.

Надо сказать, что Володе повезло попасть в последний год службы в ансамбль к Сурену Баблоеву, который Володю полюбил, потому что увидел, какой он на самом деле трудяга.

В ансамбле Володя проявил себя хорошо, стал солистом, и, когда у них были русско-болгарские встречи, мы впервые по телевидению увидели Вову. Он уже подавал надежды. В ГИТИСе тоже проявил себя хорошо. Когда учился, все время посылал нам с отцом открыточки. Звонить тогда было дорого, а так, на открыточке, черкнул два слова, что все хорошо, и раз в неделю отправил.

Володя вообще всегда очень заботливый. Отца обожал, преклонялся перед ним. Даже в техникум пошел строительный, лишь бы не огорчать. А мы с отцом ездили к Володе в Москву, гостинцы возили ему и ребятам. Все так радовались, потому что я обязательно готовила что-нибудь домашнее, вкусненькое.

В 1973-м Вова совмещал учебу с работой в Цирке на Цветном, он исполнял песни, там и познакомился с Юрием Никулиным.

В ГИТИСе руководителем у него был замечательный педагог Георгий Павлович Ансимов, который на тот момент являлся главным режиссером Театра оперетты. Он пригласил Володю работать в театр, когда тот был еще студентом. В трех опереттах у него были главные роли. Тут же, в Москве, он познакомился с будущей женой, Тамарой. Володя сразу приехал домой сказать, что он женится на скромной, хорошей девочке.

Единственный вопрос, который я ему задала: «Не много ли – два артиста в одной семье?» Он сделал свой выбор и оказался прав. С ней мы еще не были знакомы. Отец поехал раньше меня, познакомился с Тамарой и с ее семьей. Дети назначили день регистрации и свадьбы, которую праздновали в ресторане «Россия». Впервые я увидела Тамару, когда они с Володей встречали нас на вокзале после подачи заявления в загс. Мне она очень понравилась и показалась такой худенькой. Тамарочка же балерина. Миниатюрная такая, внешне приятная, хорошая скромная девочка. Мы никогда не вмешивались в их отношения.

Как я хотела внучку!!! Мечтала, ждала, и как только малышка родилась, я сразу выехала в Москву. На второй день, увидев маленькую Настю на руках у Тамары у окна родильного дома, я кричала:

– Она красавица!!!

Родилась у них Настенька в 1985 году. Она прелесть, трудяга, рисковая и смелая выросла. А тогда, в восемьдесят пятом, для меня это была такая радость, что я уезжать не хотела! А муж болел. Плохо ему было. В сопровождении приехал в Москву, устроили его в хорошую больницу. Я все успевала: и у него бывать, и Тамаре помогать с малышкой, и по хозяйству. Роды были трудные, масса проблем, и, естественно, требовалась помощь. На два фронта работала.