Читаем Служение полностью

14 февраля 1979 года. Умирает мать Валленберга, её эстафету пригнимают дети - Нина Лагергрен и Гуи фон Дардел. Ликвидация прежнего репрессивного режима в СССР даёт им новую надежду. В октябре 1989 года они приезжают в Москву по приглашению советского правительства. Им передают найденные в архивах бумаги Рауля и разрешают побывать во Владимирской тюрьме и задать интересующие их вопросы. Но на все вопросы ответ один: Валленберг умер в 1947 году в Лубянской тюрьме.

Международная общественность всё настойчивее требует правды. Весной 1990 года к этим требованиям подключился профессор Монреальского Университета Макгилла, юрист Ирвин Котлер. Созданная им комиссия приходит к выводу: "То, что Валленберг не умер в 1947 году, не подлежит сомнению; то, что он был жив в 50-х и 60-х годах, - похоже на истину; наконец, то, что он был жив в 70-х и 80-х годах, - вполне вероятно".

Котлер, в отличие от многих, допускает, что Валленберг жив и сейчас. Если он умер, тогда почему в Кремле скрывают истинную дату и обстоятельства его смерти? Что такого мог бы поведать из своей могилы Валленберг? Чего так боится правительство, вынужденное попрежнему считаться с могуществом КГБ?

Август-сентябрь 1990 года. Советские власти дают согласие на деятельность международной комиссии по расследованию дела Валленберга.

Министерства и ведомства СССР как могут помогают работе членов комиссии, однако некоторые вопросы без ответов неизбежно приводят их в КГБ, который с упорством, достойным лучшего применения, уклоняется от какого бы то ни было сотрудничества.

По мнению руководителей политологических исследований центра "Б*наи Б*рит Интернэшнл" Уильяма Коури, дело Валленберга - это лакмусовая бумажка процесса реформ в СССР. В своём послании Президенту Горбачёву он заявляет бело всяких околичностей: "Свободные люди приветствуют ваши шаги к построению открытого общества. Но этого вряд ли удастся добиться, и политика гласности будет неизбежно и основательно скомпрометирована, если мы не узнаем правды о том, что произошло с Раулем Валленбергом".

И до сих пор смерть Рауля Валленберга в советских застенках остаётся нераскрытой тайной. Немецкие фашисты в своё время не убили Рауля Валленберга - это за них, уже в "мирное время", сделали сталинские палачи...

Немецкие фашисты прошли через Нюрнбергский процесс, кто-то из них был казнён, кто-то надолго или на всю жизнь попал в тюрьму. И до сих пор некоторых, уже совсем дряхлых стариков, благодаря оставшимся в живых свидетелям их преступлений, находят в самых разных уголках мира. Их предают в руки правосудия, потому что такие преступления, как массовые убийства и геноцид не имеют срока давности. Страна прошла процесс денацификации.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза