Читаем Служение полностью

А вот некоторые советские палачи живы и до сих пор. Те же, кого уже нет на свете, спокойно умерли в своих постелях и никогда не были судимы. Сталин и до сих пор - кумир очень многих, а за компартию на выборах голосует треть одураченного Кукловодами населения, превращённого ими в биороботов. Это не отнюдь не оправдание, но всё-таки общеизвестный факт: Гитлер уничтожал в основном "чужие", "неполноценные" народы, а вот Сталин - уничтожил десятки миллионов собственных граждан - и ничего. Так спрашивается, кто же из них больший изверг? Первый навеки покрыт позором мировой истории, а что касается второго, то не так давно Президент Путин вместе с коммунистами на каком-то официальном торжестве, который показали всей стране по телевизору, поднял тост за товарища Сталина! Никакой реакции, разумеется не было. Интересно, а что было бы, если бы кто-нибудь из немецких правителей поднял сейчас тост за Гитлера? Даже и представить себе такое просто невозможно! Впрочем, каждый народ, действительно, достоин именно тех правителей, которых имеет, и той истории, которую он творит себе сам собственными руками!

Глава 31.

Армения. Спитак.

Боже мой, как немного нам надо -

Лишь кусочек святой доброты,

Лишь немного для сердца услады,

Лишь душевной живой теплоты...

...И, дай Бог, чтоб побольше на свете

Было искренних, добрых людей.

За судьбу всей Планеты в ответе

Люди мира средь звёздных огней.

Пусть скорее исчезнут несчастья,

Пропадут злость, и зависть, и боль.

Пусть светило нам всем улыбнётся -

К людям радость придут и покой.

Улыбайтесь, дарите и верьте,

Помогайте друг другу в беде,

Лишь тогда вы поймёте - заветней

Счастья нет, чем на нашей Земле.

Марина Сердобольская

Димка понял, насколько он привязался к Шаваршу, лишь только после того, как того не стало. Димка недоумевал: как же так, неужели и здесь, уже после земной смерти, тоже существует смерть? Оказывается, да, существует, хотя и не совсем смерть - просто взаимоуничтожение, взаимопоглощение двух типов противоположных энергий - положительной и отрицательной. Здесь, в Большом Куполе, смерть не связана, как на Земле, с болезнями, страданиями, чувством безвозвратной утраты. Здесь это просто исчезновение, растворение в Космосе, причём с ощущением удовлетворения, чувством выполненного долга и даже счастья и блаженства.

Про свою земную невесту Верочку Димка в Большом Куполе не вспоминал никогда, про прошлую земную жизнь - тоже. Ему для этого ни разу даже не пришлось сходить к Фонтану Забвения. Просто новая жизнь так его захватила, была настолько интереснее и содержательнее прежней земной, что все воспоминания остались лишь воспоминаниями, не затрагивая никаких нынешних эмоций. Но вот Шаварш - это совсем другое дело. Если выражаться по-земному, то они вместе пуд соли съели, вместе ходили почти что в бой, это было боевое братство соратников и единомышленников, братство Спасателей, братство Служителей Добра. Только здесь, в Большом Куполе, Димка по-настоящему нашёл себя и в этом ему помог именно Шаварш. Он опекал, учил Димку, постоянно брал с собой в самые опасные точки Земного Шара, где они вместе спасали людей, он стал лучшим димкиными другом - и вот теперь его больше нет, и это уже навсегда.

Димка сидел у Фонтана Забвения и думал о Шаварше. Поможет ли Клепсидр снять эту боль об ушедшем товарище, или он убирает только тягостные воспоминания о том, что было там, на Земле? Димка медлил, не опускал руку в вечно льющиеся струи Фонтана. Он закрыл глаза и опять увидел Шаварша - таким, каким видел его в последний раз, когда тот уходил на борьбу с Чёрным Кукловодом: молодого, красивого и ...счастливого.

Если сейчас опустить руку в прохладные струи, расслабиться, дать воде смыть всю горечь воспоминаний, то они останутся лишь в мозгу, а не в сердце. Как будто когда-то давным-давно просто прочёл книгу или посмотрел кино о каком-то далёком Шаварше, который теперь стоит в одном ряду с массой других малозначащих воспоминаний. И всё. Можно будет спокойно вернуться назад - к Лотосовому озеру, например. Или в Информационный Центр, чтобы узнать там что-то новое о своих соратниках, о земной жизни. Или отправиться в Хижину Одиночества, чтобы привести себя в порядок перед новым заданием. Или поработать у Эгрегора - зарядиться Энергией и сразу же лететь на очередной пожар, землетрясение, наводнение. Память о друге, конечно, не исчезнет совсем, но она больше не будет терзать сердце.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза