Читаем Слепые чувства полностью

С самой первой ночи в лагере ему снился один и тот же сон: летний полдень окутал его тело приятным жаром, он идёт сквозь приятную прохладу соснового леса и держит за руку девушку. Сначала всё было как в тумане, но с каждым новым погружением её черты становились всё более и более различимыми, а этой ночью Олег впервые смог заглянуть ей в глаза – в бездонно-карие глаза Лены. Он никогда не видел пионерку такой: она была одета не в лагерную форму и даже не в спортивный костюм, а в легкое летнее платье в крупный белый горошек. Они о чём-то болтали и смеялись, но, проснувшись, ему так и не удалось вспомнить ни единого слова из самого живого разговора в его жизни.

Утро, впервые за всё время, превратилось для него в рутину: встать, переодеться в спортивное, умыться, пожелать доброго утра девочкам и улыбнуться Лене, выйти на бодрящую утреннюю пробежку, под чутким руководством Али сделать зарядку и вновь переодеться на линейку – всё это Олег делал уже на автомате, будто он жил здесь не пять дней, а, как все, девятнадцать.

Лена. Всё время от подъема и до линейки он не мог перестать думать о том, что произошло и происходит между ними. Вчера она взяла его за руку, но значит ли это, что их отношения перешли на новый уровень? Олег то и дело глядел на пионерку, и когда ему удавалось поймать её ответный взгляд, то на лице девушки тут же появлялась милая и приветливая улыбка, но как толковать все эти знаки? Потребность в откровенном разговоре между ними, определённо, не пропала и даже стала её сильнее, но подойти и заговорить с ней сейчас, прямо на виду у всех, было бы слишком… в духе старого Олега.

В любом пионерлагере к минимуму сведена возможность того, чтобы два пионера, испытывающих чувства друг к другу, могли остаться наедине. Юные умы должны учиться, развиваться и смотреть в светлое будущее, а не жаться по тёмным углам. Но даже могучая партия бессильна против пламени любви, и грозные запреты с суровыми наказаниями лишь сильнее разжигают его в шестнадцатилетних сердцах, порождая бесчисленное множество Ромео и Джульетт.

На линейке Олег хотел пропустить мимо своих ушей всю нудную речь начальника лагеря, но одна случайно услышанная фраза заставила его с трепетом поглощать каждый клочок информации:

– …с погодой нам сегодня повезло, поэтому традиционный прощальных поход состоится! После завтрака все отряды, во главе со Степаном Борисовичем и вожатыми отправляются в лес до самого ужина!

Весь лагерь радостно зааплодировал, а Олег в недоумении посмотрел на Алю.

– Этот лагерь, – пояснила она, – построили всего два года назад, но за это время тут появились свои маленькие традиции. Два последних дня смены отведены под прощальные мероприятия: сегодня мы идём в лес и прощаемся с природой, а завтра будет прощание с лагерем – последний концерт, пионерский костёр, большая дискотека и королевская ночь.

– Прощальные мероприятия… – эта фраза резанула Олега в самое сердце.

– Да, увы, смена потихоньку подходит к концу… Но всё самое запоминающееся обычно происходит именно под её конец, так что не расстраивайся, – она дружески похлопала его по плечу, – всё ещё только впереди.

Как же быстро летит время… Уже послезавтра эта сказка, эти внезапные летние каникулы уступят своё место суровой реальности: Олег останется один на один с умирающим Советским Союзом на пороге девяностых. Эта беспокойная мысль не вылетала у него из головы на протяжении всей дороги в столовую, но всё изменилось буквально за одно мгновение, стоило лишь ему сесть за своё место и посмотреть на Лену. Её ответный взгляд и мягкая улыбка пронзили его в самую душу, и он понял, что все эти проблемы – проблемы будущего Олега и когда придёт время он обязательно со всем разберётся, а пока ему надо просто насладиться последними днями этой замечательно смены.

За завтраком к ним подсел Егор. Не отвлекаясь от манной каши, он обратился к своим детям:

– Первый отряд, как спалось? До меня дошли слухи, что вчера вечером после отбоя в комнате мальчиков было слышно групповое пение.

– Простите нас, Егор Николаевич, – поспешила извинится за весь отряд Аля, – мы старались вести себя тихо, чтобы никому не помешать…

– Да ладно вам, всё нормально. Говорят, – он подмигнул Кате, – что кое-кто спел Кукушку не хуже самого Цоя, а от вашего отряда ведь так и нет номера на завтрашний концерт…

– Ой! – Аля вдруг затараторила прямо как Даша, стреляя в вожатого из пулемёта с оправданиями, – простите меня, Егор Николаевич! С приездом Олега, вашей игрой в Горца и вчерашним дежурством у меня совсем вылетело это из головы! Обещаю, что после похода мы все соберёмся и…

– Аля, спокойно. Начальство останется довольным, если Катя просто возьмёт свою гитару и что-нибудь споёт. Ты ведь не против?

– Я только с радостью.