Читаем Следопыт полностью

— Легкая рота впередъ! закричалъ онъ. — Гренадеры, пали! Очень смлы, чтобъ напасть на нашъ фортъ! Зачмъ не стрляетъ артиллерія?

Въ эту самую минуту раздался густой, громоподобный выстрлъ тяжелаго орудія, и послышался трескъ отъ расщепленія дерева, когда большое ядро попало въ бревна верхняго этажа. Весь блокгаузъ задрожалъ отъ удара бомбы, проникшей во внутрь строенія. Слдопытъ едва избгнулъ этого страшнаго выстрла, а Марія вскрикнула отъ страха, когда бомба разорвалась, думая, что ею раздроблено надъ ея головою все живое и неодушевленное. Къ увеличенію ужаса ея, въ это самое время раненый отецъ ея безумно вскричалъ: на приступъ!

— Марія! закричалъ между тмъ Слдопытъ сверху чрезъ опускную дверь: — не бойтесь: вся эта исторія только штуки Мингосовъ; какъ говорится, много шума изъ пустяковъ. Негодяи выстрлили изъ отнятой вами у французовъ гаубицы, и этимъ кончается вся шутка, такъ какъ у нихъ боле нтъ бомбъ. Выстрлъ этотъ произвелъ много замшательства, но никто не равенъ. Капъ бодро стоитъ на крыш, и я нимало не напуганъ.

Марія отъ души поблагодарила своего великодушнаго утшителя и снова обратила все свое вниманіе на отца, который все хотлъ вскочить, хотя слабость о не допускала его до этого. Она такъ занята была больнымъ, что едва слышала раздававшіеся кругомъ крики дикихъ, хотя это волненіе могло бы потрясти нервы боле сильные, чмъ ея.

Между тмъ Капъ выказывалъ достойное удивленія благоразуміе. На крыш строенія онъ былъ какъ на палуб корабля, и такъ какъ онъ зналъ, что тутъ нечего опасаться абордажа, то распоряжался съ такимъ безстрашіемъ, которое близко было къ слпой смлости и наврно было бы осуждено Слдопытомъ, еслибъ этотъ увидлъ его дйствія. Вмсто того, чтобъ заботливо прикрывать свой корпусъ, какъ это необходимо при индйскихъ войнахъ, Капъ показывался беззаботно на всхъ пунктахъ крыши, и съ особенной настойчивостію и равнодушіемъ поливалъ водой направо и налво горвшія стрлы. Его появленіе было главною причиною криковъ непріятелей, такъ мало привыкшихъ видть своихъ противниковъ столь смлыми и беззаботными. Со всхъ сторонъ засвистали около него пули, но ни одна не попала въ него, хотя одежда его была неоднократно прострлена. Когда бомба ударила сквозь балки подъ крышей, морякъ уронилъ свое ведро, замахалъ шляпой, и когда бомба съ трескомъ лопнула, издалъ троекратно громкій крикъ радости. Такое необыкновенное дйствіе, вроятно, спасло жизнь его, потому что съ этого времени индйцы перестали стрлять въ блокгаузъ калеными стрлами и цлить въ Капа, такъ какъ они одновременно и единодушно пріобрли увренность, что онъ помшался. Какъ мы уже знаемъ, индйцы никогда не подымали руки на того, котораго умственныя способности считали ослабшими или спутанными.

Образъ дйствій Слдопыта былъ совершенно отличенъ отъ стараго моряка, и вс поступки его происходили на основаніи долголтней опытности и глубоко укоренившагося благоразумія. Онъ все-таки заботливо держался вн линіи бойницъ, и мсто, избранное имъ для своихъ наблюденій, было вн всякой опасности. Это происходило не отъ страха или заботы о собственной безопасности, но единственно изъ участія къ судьб Маріи, которая погибла бы безвозвратно, еслибъ ему самому приключилось какое либо несчастіе.

Въ первыя минуты аттаки, Слдопытъ думалъ только о томъ, чтобы доставить цль своему звробою; но когда шелестъ кустарниковъ у двери блокгауза обнаружилъ ему, что хотятъ повторить попытку подложить огонь, то онъ немедленно занялся приготовленіями, чтобы уничтожить опасность въ самомъ зародыш ея. Онъ позвалъ Капа съ крыши, гд уже нечего было боле опасаться, и пригласилъ его быть съ водой наготов у отверстія, лежавшаго непосредственно надъ угрожаемымъ пунктомъ.

Мене опытный человкъ легко поступилъ бы въ такой опасный моментъ съ слишкомъ большою поспшностью и торопливостію. Не такъ длалъ другъ нашъ. Онъ не только заботился потушить огонь, который самъ по себ внушалъ ему мало заботы, но боле думалъ о томъ, чтобы дать непріятелю урокъ, который сдлалъ бы его боле осторожнымъ на остальную часть ночи. Потому онъ ршился терпливо ожидать, когда свтъ разгоравшагося пламени покажетъ ему цль, зная очень хорошо, что небольшой образчикъ его ловкости удержитъ враговъ въ должномъ почтеніи. Поэтому онъ не мшалъ Ирокезамъ въ ихъ приготовленіяхъ, и предоставилъ имъ безпрепятственно собирать сухіе кусты, скучивать ихъ у стнъ строенія, поджигать ихъ и снова удаляться въ свои убжища. Капъ только долженъ былъ держать въ готовности полное ведро воды, чтобы въ данную минуту имть возможность вылить ее на огонь. Но эта минута, по мннію Слдопыта, должна была наступить не прежде, чмъ пламя освтитъ сосдній кустарникъ и дастъ его быстрому и опытному глазу время увидать личности нсколькихъ дикихъ, ожидавшихъ съ холодною и безчувственною жестокостію послдствій пожара. Теперь только заговорилъ онъ.

— Другъ Капъ, вы готовы? спросилъ онъ. Смотрите, держите ведро въ прямой линіи надъ огнемъ, чтобы вода не пропала попусту.

— Все готово, возразилъ Капъ обдуманнымъ и спокойнымъ тономъ.