Читаем След памяти полностью

Комната прямоугольной формы была гостиной Стренджмена. Кожаные кушетки располагались друг против друга у противоположных стен, отделанных дубом, под иллюминатором стоял большой старый глобус на бронзовой подставке. Три люстры свисали с потолка, но горела только одна. Она висела над византийским креслом с высокой спинкой, инкрустированной цветным стеклом, в дальнем конце комнаты.

Беатриса Далл лежала на кресле, откинувшись на спинку и держа одной рукой тонкую ножку позолоченного бокала, стоявшего на столике красного дерева. Шлейф ее синего парчового платья ниспадал складками, драпируясь у ее ног, как хвост павлина, несколько жемчужин и сапфиров, выпавших из ее руки, сверкали в складках юбки, как электрические огоньки. Керанс заколебался, глядя на дверь в противоположной стене, ведущую в каюту Стренджмена, затем откинул занавес. Бисеринки легко зазвенели. Девушка не обратила на это внимания, очевидно, привыкнув к звукам звенящего бисера. В сундучках у ее ног лежала масса ювелирных изделий: ножные браслеты, позолоченные пряжки, диадемы и цепи из циркона, ожерелья из фальшивых бриллиантов, кулоны, серьги из искусственного жемчуга. Они переполняли сундуки, свешивались с одного на другой, частично лежали на полу. Керанс подумал вначале, что Беатриса находится под воздействием наркотиков: выражение ее лица было безучастным и бессмысленным, как маска воскового манекена, глаза устремлены куда-то вдаль. Потом рука ее зашевелилась, она поднесла к губам бокал с вином.

— Беатриса!

Вздрогнув, она пролила вино и в удивлении посмотрела на него. Распахнув занавес, Роберт быстро вступил в комнату и схватил девушку за локоть, когда она начала вставать с кресла.

— Беатриса, подождите! Не двигайтесь! — Он попробовал открыть дверь за креслом, она не поддавалась. — Стренджмен и его люди грабят город, я думаю, что на борту остался только Адмирал!

Беатриса прижалась лицом к его груди, ее холодные пальцы ощупывали черные кровоподтеки, проступившие сквозь его темный загар.

— Роберт, будьте осторожны! Что там с вами случилось? Стренджмен не разрешил мне на это смотреть. — Облегчение и радость, которые она испытала при виде Керанса, сменились тревогой. Она беспокойно оглядела комнату. — Дорогой, оставьте меня и уходите. Я думаю, капитан не причинит мне зла.

Роберт отрицательно покачал головой, потом помог ей встать на ноги. Он смотрел на изысканный профиль Беатрисы, на ее карминный лоснящийся рот и лакированные ногти, смущенный тяжелым запахом парфюмерии и шелестом ее парчового платья. После насилия и мерзостей последних дней он чувствовал себя, как археолог, наступивший в гробнице Нефертити на изящную маску.

— Стренджмсн способен на все, Беатриса. Он безумен, они играли со мной в подлую игру и чуть не убили меня.

Девушка подобрала шлейф платья, отбросив драгоценности, приставшие к ткани. Несмотря на обилие украшений вокруг, на ней не осталось ни одного камня, ни одной нитки жемчуга.

— Но, Роберт, даже если мы сумеем выйти…

— Тихо! — Керанс остановился в нескольких футах от занавеса. Он следил за вздымающимися и спадающими нитями бисера, стараясь вспомнить, есть ли в передней вентилятор. — Я построил маленький плот, он выдержит нас двоих. Позже мы отдохнем и построим лучший.

Он осторожно двинулся вперед, но в этот момент занавес частично распахнулся, что-то змеей мелькнуло в воздухе, и сверкающее серебряное лезвие длиной в три фута пронеслось перед ним, как огромная коса. Сморщившись от боли, он пригнулся: лезвие слегка коснулось его правого плеча, оставив рану длиной в три дюйма, и вонзилось в дубовую обшивку стены. Беатриса, замерев от ужаса, смотрела широко раскрытыми глазами.

Прежде чем Керанс смог пошевелиться, занавес открылся, и проем заполнила огромная горбатая фигура. Великий Цезарь вошел, наклонив одноглазую голову, как бык перед препятствием. Пот струился по мускулистой груди негра, пятная его зеленые шорты. Теперь в его правой руке был зажат двенадцатидюймовый нож.

Отступив, Роберт выхватил пистолет Единственный глаз циклопа-негра следил за ним. Тут, к несчастью, Керанс наступил на раскрытую пряжку, лежавшую на полу, и повалился на диван.

Когда он попытался встать, Великий Цезарь прыгнул на него, и нож в руке негра описал в воздухе дугу, как лопасть пропеллера. Девушка вскрикнула, но ее голос потонул в громе выстрела. Отброшенный отдачей, Роберт сел на диван. Его противник согнувшись с грохотом свалился на пол, и огромный нож выпал из его руки. Он застонал мучительно, со страшной силой, в которой выразилась вся его боль и ярость. Падая, он сорвал занавес. Мощные мускулы негра сократились в последний раз, его безжизненные конечности дернулись, и тысячи бисеринок рассыпались вокруг него по полу.

— Беатриса, пошли! — Керанс схватил ее за руку и, переступив через распростертое тело, выбежал в переднюю Они пересекли ее и вышли к пустому бару. Наверху прозвучал чей-то крик, послышались чьи-то приближающиеся шаги.

Керанс остановился, взглянул на длинное платье Беатрисы и отказался от первоначального плана спуститься тем же путем, которым пришел.