Читаем Сладких снов полностью

— Ага, мужик, ты встречал этого парня? — весело спросил он. — Знаю. Полный ушлепок, — согласился Вуд. — Бар был забит. Вечер субботы, но не только поэтому. Прошел слух, что Нита в городе. Половина населения пришла поглазеть на разборки, другая половина — поддержать Лори. Были Нед с Бетти. Были все официантки, даже те, кто не работал, включая гребаную Джонелл. Кристал, Бабба и Далтон — все были за стойкой. Пришли Стелла, Холли, тот тренер Тайлер и парень-гей, который владеет салоном. Даже та парочка гребаных хиппи была там, парень все так же в своих гребаных очках, на этот раз фиолетовых, хотя было уже темно.

Это правда. Все, кого я знала или хотя бы разговаривала в Карнэле, были в баре. Даже Твайла явилась. Определенно, Нита была хорошо известна. И также определенно, у меня появились хорошие друзья.

Поначалу Кристал, Бабба, Джим-Билли, Венди (которая работала со мной) и Вуд казались потрясенными таким выражением поддержки. Потом они решили, что это весело. Потом они стали это обсуждать, громко, иногда даже перекрикиваясь через весь бар. Моя «банда», как начал называть их Вуд, присоединилась к этому громогласному обсуждению, и все решили, что это забавная ситуация, достойная комедии, особенно чем больше выпивки употребляли. Даже Кристал присоединилась к веселью, не только вставляя едкие замечания про Ниту (не надо быть психологом, чтобы понять, что та ей не нравилась), но в итоге устроив с Твайлой состязание, кто выпьет больше шотов. Я стояла у бара, ожидая, пока Далтон выполнит заказ, и пялилась на нее, как будто раньше не видела. И Далтон тоже. Потом он повернулся ко мне, улыбнулся и поставил напитки на мой поднос.

Я вернулась из своих мыслей в гостиную Тейта, когда Вуд снова заговорил. Ему нравилась история, и, судя по широкой улыбке, расплывшейся на лице, он наслаждался, рассказывая ее.

— А потом входит этот чувак... в «У Баббы»... — Вуд начал давиться, ему было так смешно, что он с трудом говорил, но он все-таки сумел выдавить: — В гребаной рубашке-поло. Мужик, кажется, у него на волосах было какое-то девчачье средство.

Вуд проиграл битву с весельем и расхохотался в голос.

Интересно, Тейт тоже смеется или ищет чего бы швырнуть?

Вуд справился с весельем и, все еще посмеиваясь, заявил:

— Не удивительно, что Лори села в машину и сбежала из коттеджного поселка. Всю жизнь жить с этим парнем... Господи.

Я вздохнула и скрестила руки на груди.

Вуд продолжал говорить:

— Проблемы? Нет, мужик, он пришел готовый их устроить, но банда Лори увидела, как он вошел, не сводя с нее глаз, и они тут же вычислили его, он не дошел до нее и пяти футов. Они все обступили ее, кроме хиппи, но те все время выходили к своему фургону, так что, думаю, к этому времени они уже укурились. Они находились в своем собственном мире и все пропустили. В общем, он начал качать права, и Джим-Билли, подумать только, двинул ему под дых. Потом эта стервозная новая официантка схватила его за шиворот и вывела за дверь. — Вуд покачал головой. — Жалко, что я не снял ничего.

А мне нет. Одного раза достаточно.

Хотя смотреть, как Твайла выводит Брэда за дверь, было смешно, и Кэрри с Маком с удовольствием посмотрели бы такое видео.

— Нет, Тейт, не проблема. Бабба сел на байк и проводил его до границы города. Парня выперла за дверь баба. Она крепкий орешек, и ее принадлежность к женскому полу под вопросом, но я уверен, что она все-таки баба. Такой удар по мужскому самолюбию? Он не вернется.

Вуд ошибался. Тейт, Вуд, Бабба, Джим-Билли, Далтон — если бы они получили такой удар по самолюбию, они бы не вернулись.

Но Брэд — другое дело. Если ему что-то втемяшилось в голову, даже Твайла своим ударом по его самолюбию не выбьет это оттуда.

А это означало, что мне придется беспокоиться о непредсказуемой Ните и глупом, упрямом идиоте Брэде. Не говоря уже о ночи в кровати Тейта, пока Вуд на диване.

Я начала жалеть, что нахожусь не в «Высоком горизонте», запертая за воротами.

Хотя жалела я о времени, когда Брэд ушел и я жила там одна. Я бы справилась. Я хорошо зарабатывала. Мне пришлось бы уволить Гризеллу, уборщицу, и Хуана-Карлоса, садовника, и, возможно, отказаться от ежемесячного педикюра в салоне и маникюра каждые две недели, но я бы продержалась.

— Да? — спросил Вуд. — Ладно, я побуду здесь, пока ты не приедешь.

Я уставилась на Вуда, раздумывая, не изменилось ли чего, и поняла, что так и есть, когда он посмотрел на меня и сказал в телефон:

— Да, она не спит. Хочет поговорить с тобой, детка.

Я подошла к нему, взяла телефон и поднесла его к уху.

— Привет.

— Ты в порядке? — спросил Тейт, и по его голосу я поняла, что он не искал, что бы швырнуть, а посчитал всю эту историю забавной.

— Да, — коротко сказала я, не видя здесь ничего забавного.

— Собираешься спать?

— Да.

— В моей футболке?

— Я еще не переоделась.

— Точно, тогда планы изменились. Я в Денвере. Буду дома меньше чем через два часа. Не надевай ничего в кровать.

Я, моргая, уставилась на ноги Вуда на диване, потом резко повернулась и пошла на кухню.

— Тейт...

— Голая, детка.

— Тейт, я не могу...

— Совсем, — перебил он меня.