Читаем Скелет из пробирки полностью

– Убирайтесь, сейчас милицию позову! Пришлось несолоно хлебавши отправляться прочь. До четырех часов я просидела дома, усиленно изображая из себя домашнюю хозяйку. Сначала перестирала и перегладила "все рубашки Олега, потом стала наводить порядок на полках в его шкафу, нашла засунутые в носовые платки две тысячные купюры и пришла в негодование: он еще и заначки делает! Но потом злость прошла, на Куприна мало похоже прятать деньги. Скорей всего, он выгреб из кармана носовой платок, а вместе с ним и бумажки. У Олега есть дурацкая привычка класть деньги не в бумажник, а прямо в карман.

Когда в нашей спальне воцарился порядок, я пошла на кухню и поставила тесто для блинчиков. Если признаться честно, кулинария не является моим хобби. Процесс натирания свеклы для борща кажется мне крайне утомительным, а чистка картошки навевает мысли о самоубийстве. Поэтому готовит у нас Томочка, которой не лень пропрыгать несколько часов около плиты ради блюда, которое исчезнет в чужих глотках за пару минут.

Но есть одно лакомство, которое делаю только я. Не знаю, почему оно у меня каждый раз изумительно получается, рецепт крайне простой. Берете два яйца, добавляете полстакана сахарного песка, стакан муки и, осторожно помешивая, доливаете пол-литра молока. Естественно, надо посолить тесто. Если собираетесь завернуть в блинчики мясо или рис, тогда возьмите сахара всего две чайные ложки. Затем добавляете в тесто немного масла, все равно какого: растительного, без запаха, или сливочного, предварительно растопленного, – и приступаете к готовке.

Просто наливаете половничек жидкого теста на хорошо разогретую, смазанную жиром сковородку, поджариваете одну сторону, переворачиваете на другую… Балую своих я не часто. Тесто-то развести недолго, вот процесс жарки может затянуться на пару часов.

Но сегодня, отчего-то испытывая чувство вины, я старательно возила куском масла по тефлоновому покрытию, когда зазвонил мой мобильный.

– Что случилось? – испуганно воскликнула я, хватая трубку, и обозлилась на самое себя.

Ну когда же я перестану воспринимать звонок на сотовый аппарат как предвестник несчастья!

– Позовите Виолу, – прошелестело из трубки.

– Я слушаю.

– Это Света.

– Кто?

– Света Сафонова из архива. Я уронила на поп кусок масла.

– Что произошло?

– Мне кажется, я знаю, какие ящики заинтересовали тогда в архиве Игоря. Вернее, даже уверена…

– Только не уходи домой! – заорала я, вылетая в коридор. – Еду к тебе.

Уже в метро я вспомнила про кастрюлю с тестом и тяжело вздохнула. Пропали блинчики!

В читальный зал я ворвалась без пятнадцати шесть. Около стойки, где восседала Света, стояло несколько человек с подшивками. Очевидно, архив собирался закрываться и люди сдавали документы. Наконец последний исследователь покинул помещение. Я налетела на Свету:

– Показывай документы!

– Они в хранилище.

– Ты уверена, что нашла нужное? Света кивнула.

– Лазила все ночное дежурство по стеллажам и обнаружила.

– Принеси сюда. Девушка покачала головой:

– Это невозможно.

– Почему?

– Внизу работают совсем другие люди, они получают бланки заказов, смотрят на шифр и ищут бумаги, – пустилась в объяснения Светлана. – Ящики с архивом из Горнгольца не зарегистрированы, как сделать заказ?

– Написать: «Архив концлагеря Горнгольц».

– Придет ответ: ищите шифр в каталоге, – усмехнулась Светлана.

– Но его же там нет, – я пошла по кругу.

– Значит, вручат листочек со словами: «Данных единиц хранения не обнаружено».

– Но ты же нашла! Принеси архив, – настаивала я. Света с жалостью глянула на меня.

– Как у тебя все просто! Кто же мне разрешит? Знаешь, сначала следует написать докладную записку о том, что обнаружила неучтенные экземпляры, потом документы начнут описывать. Пока все карточки не оформят, их в каталог не вставят.

– Когда же документы смогут попасть в мои руки?

– Ну, – заколебалась Света, – года через два, три… Только я не пойду рассказывать о находке.

– Да почему же? – закричала я.

– Тише, – шикнула Света, – я работаю в зале периодики. Как объяснить, что мне понадобилось в хранилище, да еще в той части, где лежит архив? А?

От злости у меня задрожали колени. Носом чую, что нахожусь в двух шагах от разгадки, и не могу узнать истину из-за глупых бюрократических препонов.

– Игоря ты впустила в хранилище!!! Света покраснела, но ничего не сказала.

– Неужели не хочешь, чтобы убийцы любимого человека были наказаны?

Девушка стала свекольно-бордовой.

– Игорь лежит в могиле, – лила я масло в огонь, – а те, кто лишил его жизни, преспокойно разгуливают на свободе, разве это справедливо? Между прочим, бумаги, изобличающие преступников, совсем рядом! Но тебе, видно, наплевать на парня, умер и умер…

Света резко встала.

– Погоди-ка тут.

– Ты куда?

– Сегодня Аня Мефодьева в ночь дежурная, она с утра по комнатам бегает, просит, чтобы ее подменили. У свекрови день рождения, только никто не согласился. Если Аня не передумала, предложу помочь.

Через полчаса, все время озираясь, Света довела меня до большого шкафа, распахнула дверцы и велела: