Читаем Скелет из пробирки полностью

Я решила поддержать мужа в благом начинании и даже не расстроилась, когда узнала, что лабораторное исследование стоит чуть больше двухсот долларов. Ничего, сейчас отдадим большую сумму, зато потом сэкономим на лекарствах. Вот кто испытал ужасное разочарование, так это Олег, потому что ему, в отличие от везунчика Ваньки, у которого организм не принимал овощи, запретили: свинину, масло, сыр, молоко, яйца, сахар, колбасу, сосиски, обожаемое пиво… Легче сказать, что разрешили, собственно говоря, список оказался очень коротким: гречка, пресловутая капуста и зеленый горошек.

– И что? – злился Олег. – Мне теперь до конца жизни этим питаться? Ну уж нет! Плохой анализ какой-то.

Так эпопея и окончилась ничем. Правда, иногда Куприн самоотверженно заявляет:

– Ужинать не стану.

Но где-то около полуночи он крадется на кухню и начинает шарить в холодильнике. Дорога в ад, как известно, вымощена благими намерениями.

– Гляньте! – завопила Кристя, тыча пальцем в экран. – Ну до чего же эта тетка похожа на Вилку! Ой, сейчас умру, она штаны потеряла!

Я уставилась на экран. На одной из ступенек довольно длинной лестницы стояла бабенка самого безумного вида. Нет, все-таки нашим женщинам поголовно не хватает вкуса. Ну зачем мадемуазель, смахивающая на лыжную палку, нацепила на себя слишком широкий, балахонистый костюмчик? Слов нет, цвет приятный, нежно-розовый, но фасон! Кажется, что у этой дурочки совсем нет тела. И с волосами у нее беда: торчат, словно перья у курицы, попавшей под дождь. А обсуждать макияж даже не хочется: губы ярко-красные, щеки бордовые, брови черные, маленькие глазки окружены торчащими ресницами… Впрочем, личико несуразной дамочки показалось мне определенно знакомым. Не успела я сообразить, где встречалась с незнакомкой, как фигура на экране пошатнулась, замахала руками, сделала шаг… Домашние опять покатились со смеху.

– Где они таких идиоток находят, – вытирала слезы Томочка, – брюки потеряла! Ой, не могу, а кавалер их ей надеть пытается.

– С ума сойти, – покатывалась Кристя.

– Слушайте, – подскочил Олег, – это же Вилка! Вон над коленкой родимое пятно в виде бабочки.

Все замолчали, раскрыли рты и уткнулись в экран, а я тут же сообразила, отчего лицо худышки показалось знакомым – это моя собственная физиономия.

Через секунду Олег повернулся и сердито сказал:

– Ты говорила пару дней назад, что будешь на съемках, но почему не предупредила, в какой передаче! Отвратительно! И меня решительно бесит этот мерзкий парень!

– Федор – представитель издательства, – пискнула я.

– Да хоть администрации Президента! – рявкнул Куприн. – Какого черта он на тебя брюки натягивает?

– Случайно получилось, я наступила на брючину…

– Согласись, Олежка, – прервал меня молчавший до сих пор Семен, – было бы намного неприятней, кабы этот прощелыга начал раздевать Вилку!

– Омерзительно! – кипел муж. – На глазах у всей страны моя жена…

– Но тут же не сказано, кто потерял брюки, – резонно заметила Тамарочка.

– Только не хватало, – фыркнул муженек, – чтобы через весь экран шла надпись: «Любуйтесь. Перед вами Виола Тараканова, законная супруга Олега Куприна». Как завтра на работу идти? Парни засмеют.

– Да Вилку никто не узнает! – попытался утешить приятеля Семен. – Ее так безбожно размалевали!

Олег молча встал и вышел за дверь. Сеня укоризненно покачал головой.

– Ну ты даешь! Зачем согласилась на подобное представление?

– Это случайность!!!

Семен погрозил мне пальцем.

– Не надо ля-ля! Можешь Олегу с Тамаркой лапшу на уши вешать, а у меня большой опыт в практической журналистике. Я очень хорошо знаю, сколько нужно заплатить за съемку!

Чтобы эти пираньи с камерами за просто так запечатлели писательницу?! Чтобы твой пиарщик допустил подобные кадры без предварительной договоренности?

– Но я просто наступила на брючину! – в полном отчаянии воскликнула я.

– Смотри, Вилка, как бы тебе не остаться без мужа, – вздохнул Семен и вышел вслед за Олегом.

– Ты мне тоже не веришь? – поинтересовалась я у Томочки.

– Подумаешь, ерунда, – слишком быстро заговорила подруга, – ну всякое случается… Сама один раз чуть юбку не потеряла, крючок оторвался, еле подхватила…

Но по ее слегка виноватому тону стало понятно: Томочка примкнула к Олегу и Семену. Ей тоже кажется, что съемка была постановочной.

С самого раннего утра я понеслась к Анне Петровне Заяц. В душе жила надежда. Вдруг сейчас она откроет дверь, и я узнаю в ней ту самую «нянечку».

Конечно, неприлично рваться в дом к незнакомому человеку в восемь утра, но ведь Анна Петровна могла уйти на работу! Успокоив этим простым аргументом бунтующую совесть, я нажала на звонок.

– Кто там? – раздалось за дверью, в глазке мелькнула тень.

– Мне нужна Анна Петровна Заяц. Воцарилась тишина.

– Позовите Анну Петровну Заяц, – повторила я.

– Вы кто?

– Откройте, не бойтесь!

– Уходите!

– Мне нужно поговорить с Анной Петровной.

– Она уехала.

– А когда вернется?

– Через год, – оповестил тонкий голосок, – в командировку отправилась.

– Куда?

– Не ваше дело!

– А вы кто?