Читаем Сказки мегаполиса полностью

Герцог поперхнулся, пробормотал себе под нос: «Умные все стали, мать вашу! Спасу нет!» — и отошел от Арсения эдаким странным манером, словно был он парусником и ему при отходе необходимо менять галс, чтобы поймать ветер. Некоторое время он мотался по двору, затем, завидев соседа, входящего в подъезд, метнулся в его сторону с яростью голодного волка.

— Вот Летучий Голландец, — усмехнулся Арсений, поднимаясь по лестнице.

Дома он скинул надоевший за день пиджак и прошел на кухню. В холодильнике тосковала одинокая бутылка «Крем-соды».

— Ловить нечего — одна вода, — констатировал Арсений. Глотнув холодной «Крем-соды», он с минуту слонялся по квартире, решая: сразу заняться сборами, или вначале освежиться. В конце концов разделся и залез под душ. Минут пятнадцать он отмокал, смывая с себя летнюю жару. Когда Арсений вышел в комнату, то обнаружил в ней Саньку, который с кем-то болтал по телефону и допивал газировку. Положив трубку, Санька уселся в кресло и стал молча наблюдать за сборами Арсения. Тот вытащил рюкзак и принялся укладывать все необходимое. Наконец Санька не выдержал:

— Ты что, рехнулся, родной? Чего это тебе в голову взбрело? Тебе материала не хватает?

— Не хватает, — буркнул Арсений.

— Не хватает, — передразнил Санька, — вы только гляньте, ему не хватает материала! — Он воздел руки к потолку, словно творил молитву, потом, внезапно успокоившись, продолжил: — Прекрасно! Какой вывод?

— Какой? — спросил Арсений, отрываясь от рюкзака.

— Младенец! — радостно восхитился Санька. — Вывод очень простой. Не хватает материала, так и пиши: «не хватает материала». И больше ничего. Рюкзак не нужен, билеты не нужны, тушенка вовсе ни к чему, — Санька подбросил банку, — можешь мне выделить за консультацию.

— Неубедительно, — Арсений вновь принялся укладывать рюкзак.

— Ну ты даешь! Не заболел ли? — озабоченно поинтересовался Санька. — Температурку не померить ли? Да что же это такое? Я гляжу, ты всерьез собрался ехать?

— Собрался, — подтвердил Арсений.

Санька вскочил с кресла.

— Повторяю для начальников отделов. Если у тебя не хватает материала, так и пиши: «не хватает материала». Неубедительно? Аргументируй, голубь! Я помогу. Мы с тобой такую сопроводиловку накатаем, ахнешь. Скажу больше… А впрочем, ты меня знаешь, я зря трепаться не люблю. Прямо сейчас садимся и пишем. Давай все со стола к черту! — Санька решительно взял знакомую уже банку тушенки и стал запихивать в карман. — Здесь главное — объем! И понаукообразней… Чем больше и непонятней, тем лучше.

— Успокойся, мародер, и поставь все на место. Про то, как ты не любишь трепаться, знаю, к сожалению, не только я, но и весь Институт. Не будем мы с тобой писать никакой сопроводиловки, — Арсений затянул рюкзак и закурил, — ехать надо.

— Слушай, у тебя синдром, — протянул Санька, качая головой, — нет, у тебя целый комплекс синдромов.

— До чего ты гнусный тип. Сам не знаю, чего я тебя терплю. — Арсений отошел к окну, посмотрел во двор, повернулся к Саньке. — Дать тебе в глаз, что ли?

— Слышу речь не мальчика… Лаконично, убедительно, и главное, понятно. Тебе бы, старина, в искусствоведы податься! А то болтают, спорят там о всякой ерунде: богатой палитре, игре света, наполненности воздухом. Ну как картина может быть наполнена воздухом? Это же не дирижабль. А ты бы их быстро…

— Ладно, Санька, хватит трепаться.

— Хватит, так хватит, — неожиданно легко согласился Соснин и направился на кухню. Оттуда раздался его разочарованный голос. — Что же ты, брат, даже газировки в доме не держишь! Дай попить чего-нибудь.

— Бери. Там, в кране. Найдешь, или помочь?

Некоторое время Санька возился на кухне, недовольно ворча, что ему приходится общаться с людьми, у которых нет в доме даже газировки. Ведь он не требует армянского коньяка, а просит самой обыкновенной газированной воды, что это не лезет ни в какие ворота, для друзей определенный запас оной надо иметь всегда, а иначе с такими друзьями и дружить-то не стоит… Наконец, он появился из кухни, плюхнулся в кресло и серьезно спросил:

— Слушай, Арс, объясни?

— Что тебе объяснить? — вопросом на вопрос ответил Арсений.

— Объясни мне, зачем ты собрался ехать в это Место. Может, я, покалеченное дитя своего времени, чего не понимаю? Тебя действительно заинтересовали заявления, или ты выслуживаешься?

— И заявления заинтересовали, и начальству польстить возможность представилась.

— Не хами. Я же серьезно спрашиваю.

— А если серьезно, черт его знает… — Арсений откинулся в кресле. — Что меня туда толкает не знаю, хотя заявления действительно необычные.

— Ну, положим, обычных у нас не бывает, а эти друзья-заявители не могут связать двух слов. Кого они там узрели: привидения, фантомов, пришельцев?

— Да не знают они, понимаешь, не знают. Если бы знали, не писали бы никаких заявлений.

— А, может быть, туда кроме них еще кто приехал? Никому ведь не заказано.