Читаем Сказ о жреце Раме полностью

Дорога до дома оказалась быстрой – тяжкие думы тревожили душу и сердце. Пришлось развернуть все свитки и пергаменты, надеясь, что когда-нибудь, где-нибудь он случайно записал то, что могло бы ему и всем чем-то помочь. Почти до зари просидел Рама со своими думами, но тщетно. Мор упорно шёл и приближался к ним. Казалось, что кто-то умышленно решил извести под корень род человеческий. Должен же быть какой-то способ, какое-то лекарство, но какое? Молиться божкам, которые сами два-три поколения назад были такими же людьми бесполезно, потому что всё новое, мудрое записывают и жрецы, и волхвы-ведуны. Но этого нет. И надеяться на них бестолково. А на кого? На кого, как ни на Бога Единого, который есть любовь. Рама взял идола Перуна, выволок его из избы и отволок в кусты. Нечего поклоняться тем, кто равен тебе. Только Единый Бог и Отец наш небесный достоин поклонения и молитв. Рама непроизвольно опустился на колени и начал молиться, прося о помощи.

Когда великий Ра на своей колеснице-солнце добрался до середины небосвода, Рама стоял возле тотемного дерева с двумя котомками, наполненными разными горшочками и мешочками.

– Иди и постарайся. Помни, мы тебя ждем с добрыми вестями и надеемся на тебя. Да помогут тебе все наши боги.

Рама поклонился в пояс и пошёл в неизвестное.

Дорога привела его в мещеру, в деревню, пограничную с мерей. Больше половины деревни уже болели на последней стадии, если слушать известные симптомы. Часть людей разбежались. Остались, в основном, многодетные семьи, которым самим в лесу просто не прокормиться, а рисковать заболеть, помогая чужим людям, никто не хотел. И их можно было понять. Рама сделал двухслойную маску и набил её размятыми крапивой, полынью, чистотелом и другими травами, которые обычно использовали ведуны при лечении заразных хворей. Ходил по избам, как здоровых людей, обмазывая их этими мазями, поил отварами, а также к тем, у кого болезнь только начинала проявляться в виде черных пятен и маленьких язвочек. Но местные боги отвернулись от людей, никому его старания не помогли. Умирали все – и дети, и крепкие мужики, и дородные матери. Стоны, крики боли, просьбы помочь доносились до Рамы, где бы он ни находился. Духовные муки у Рамы переходили в физические, и эти боли буквально разрывали его сердце на куски. Он плакал от бессилия и ходил, мазал, поил, понимая всю тщетность его усилий. По ночам Рама практически не спал, т.к. с вечера, иногда забывая поесть, становился на колени и усиленно молился, буквально крича, взывая к Богу. Но Бог не отзывался.

– О, Бог наш, обитающий на горе Сионе, обитающий в каждом чаде, умирающем сейчас в страшных муках, к Тебе взываю я, раб Твой Рама, услышь меня, Отец небесный. Услышь и помоги. Помоги этим страдающим людям, помоги мне вылечить этих людей. К милости Твоей взываю я! – кричал по ночам Рама.

Но Бог не отвечал. В деревне осталось всего лишь две семьи, не умершие в мучениях. Одна из семей потеряла отца, но мать и шестеро детей пока жили, покрытые черными пятнами, измученные кровавыми язвами. Дети кричали от боли, просили мать помочь, но ни она, ни Рама ничего не могли сделать. Ещё не вечерело, но Рама, поняв тщетность своей помощи, ушел, чтобы не слышать предсмертных криков детей. Так и не закрыв за собой дверь, Рама в изнеможении упал на пол и раскинул руки.

– Отец небесный, прошу, помоги детям этим. Невинно страдают они. Если чем и провинились пред Тобою жители деревни, то дети за родителей не в ответе. Ты сам так сказал Адаму и Еве, позволяя вознестись их детям и детям их детей. Отче, помоги.– Рама закрыл глаза.

Но вскоре он почувствовал, что яркий свет пробивается сквозь закрытые веки, побуждая его раскрыть глаза. Пред ним стоял молодой человек в белых блистающих одеждах и с легкой улыбкой смотрел на него.

– Встань, Рама. Бог услышал тебя, ибо кто стучит, тому открывают, кто просит, тому дают. Бог наш всегда слышит, когда к нему обращаются. Я серафим, вестник, ангел Божий, прибыл сюда, чтобы дать тебе лекарство от этой болезни, и дать рецепт, по которому ты сам, и те, кому ты его захочешь дать, сможете сами изготовить это лекарство. Встань, ибо я простой ангел. Преклоняться надо только пред Владыкой нашим – Богом Всевышним, обитающим в Раю, и детям его, обитающим на небесах.– Рама встал. На столе стояла глиняная крынка. В точно такой же у него в избе хранились взбитые сливки.

– Иди и заверши то, ради чего ты сюда пришел. По благодати Божьей и несоизмеримой любви Его к детям своим, благословляю тебя и наделяю способностями и знаниями, что прежде тебе не принадлежали. Ты прошёл испытание: крепка в тебе вера в Бога Единого, а об усопших не беспокойся, о них уже побеспокоился Господь наш святой Михаил. Бог знает твоё вчера, доверь ему своё сегодня, и Он устроит твоё завтра.

Рама моргнул, а когда открыл глаза, в избе никого не было. И, если бы не крынка да свиток, которого прежде там не было, он подумал бы, что от горя свихнулся умом. Схватив крынку, метнулся к избе многодетной семьи. Ворвавшись туда, напугал детей.