Читаем Сиротский дом полностью

Клара понимала, конечно, что ничего хорошего там не было. Ужасная история. И хуже всего то, что написано было так, словно Морин – просто… некий интересный для науки экземпляр человеческого существа или просто лишенный тела мозг в стеклянной колбе, а не живая любящая девушка, которая имеет полное право знать все о своем происхождении.

Томик со стихами Джейн Тейлор остался, впрочем, нетронутым и по-прежнему лежал на тумбочке возле кровати. Увидев это, Клара вздохнула с облегчением, и не только потому, что ей было бы непросто объяснить Джулиану исчезновение этой книги, но и потому, что самой Кларе стихи Тейлор очень нравились. А в особо тяжкие ночи эти стихи казались ей единственным, что имеет какой-то смысл.

Возмущенная и до крайности возбужденная, Клара ринулась к Айвору за советом. Он сразу же отложил все дела и стал слушать. Он тоже явно встревожился – вдоль щек пролегли длинные резкие тени, – но все же попытался успокоить Клару:

– Ты же знаешь, Морин любит порой исчезнуть.

– Да, но на этот раз все по-другому. – И Клара, вновь переживая разгром, учиненный Морин в ее комнате, рассказала об исчезновении дела Морин, о разбросанных отчетах, будь они прокляты, в которые она вложила столько старания и веры, о своих вдребезги разбитых фотографиях.

При одной лишь мысли о том, что Морин поступила так вполне сознательно, у нее начинало болеть сердце.

– Хорошо, я сейчас возьму велосипед и поеду поищу эту девчонку, – сказал Айвор.

– Да, пожалуйста!

Они вместе вышли на улицу и немного постояли рядом в свете уличного фонаря, который почему-то вызывал у Клары воспоминания о Лондоне. Айвор в своей куртке выглядел таким большим, теплым и внушающим надежду, что Клара вновь начала жаловаться.

– Я чувствую себя полной дурой! – И она рассказала, как пыталась донести до членов Совета свое беспокойство по поводу отлучек Морин и объяснить, что девочка явно страдает и борется с собой. – Наверное, мне следовало обратиться в какую-нибудь более высокую инстанцию, – в отчаянии сказала она, и Айвор остановил ее:

– Клара, ты в этом совершенно не виновата! Ты все равно ничего больше сделать не смогла бы. Дело в том, что Морин… Просто Морин – очень трудный ребенок.

– Но ведь я…

И тут она заметила, что к ним неторопливой походкой направляется Джулиан, а на лице у него какое-то странное выражение. Клара понимала, что ничего плохого она не сделала – и уж Айвор, по крайней мере, тут совершенно ни при чем, – но ей почему-то казалось, что со стороны ее общение с Айвором вполне может выглядеть подозрительно.

– Ну… что у вас на этот раз случилось? – спросил Джулиан, хотя губы его буквально подергивались от невысказанных слов, и внимательно посмотрел на Клару и Айвора. По сравнению с ним, одетым в хороший офисный костюм, аккуратно причесанным и выглядевшим умным и в высшей степени профессиональным, они оба, должно быть, выглядели весьма растерянными, да и одеты были довольно неряшливо.

– Морин пропала, и Айвор собирается поехать ее поискать.

– О, это не поможет. – Джулиан пыхнул своей сигарой. – Это… совершенно… не поможет. С кем она на сей раз развлекается?

* * *

Когда Айвор поехал прочь, то и дело звоня в велосипедный звонок и громко окликая Морин, Клара ринулась к телефонной будке. Однако на этот раз там выстроилась небольшая очередь, и ей пришлось даже довольно ожесточенно поспорить с каким-то мужчиной средних лет, стоявшим перед ней и считавшим, что в ее звонке в Совет графства нет никакой срочности. Это вылилось в десять минут зря потраченного времени. Как далеко способна Морин уйти или уехать? А что, если она отправится в Лондон? Разве не в Лондоне любой беглец надеется поймать свою удачу за хвост? А может, она все еще где-то тут, поблизости? Вместе с тем своим молодым человеком?

Мисс Бриджес на месте не оказалось, мисс Купер уехала на кладбище, трубку брал то один, то другой сотрудник, пока ее не соединили с кем-то из отдела школьного образования, который заявил ей надменным тоном: «Не понимаю, а от нас-то вы чего хотите? Рабочая неделя практически кончилась. Вы что, в полицию позвонить не догадались?»

И Клара позвонила в полицию, но как только там поняли, что пропал ребенок из «Шиллинг Грейндж», это вызвало еще меньший интерес, чем у сотрудников Совета. Один полицейский, правда, сказал, что завтра «произведет осмотр места происшествия» и составит рапорт.

– Не сегодня?

– Но уже почти шесть часов!

Айвор вернулся только в начале восьмого, усталый, взмокший от пота и страшно расстроенный.

– Извини, Клара, завтра я снова поищу.

Никакой полицейский на следующий день к ним не явился. И Клара снова отправилась звонить. На этот раз ее у телефонной будки опередила какая-то хихикающая девчонка-подросток, которая, похоже, готова была потратить на болтовню по телефону все свои сбережения, так что ждать Кларе пришлось долго. Ей показалось – сто лет. Слава богу, думала она, я хотя бы туфли на этот раз надела, а не в домашних шлепанцах выскочила.