Читаем Сиротский дом полностью

И ведь их опередил не только Совет Норфолка. В Линкольншире, например, ухитрились за прошлый год устроить в приемные семьи или под опеку семьдесят девять детей. А в Саффолке по-прежнему жалких пятеро – весьма убогий результат, к которому ровным счетом ничего не прибавили нулевые успехи «Шиллинг Грейндж».

Одна молодая пара сперва заинтересовалась Пег, но потом решила, что у девочки «слишком серьезные проблемы с речью» и это им не по силам. Алексом тоже несколько раз интересовались, но затем все расспросы как-то заглохли. Потом выяснилось, что его потенциальные усыновители предпочли уехать за границу. Близнецы собирались немного пожить у Петерсонов, но не соглашались даже на несколько месяцев.

Имелись, впрочем, и кое-какие хорошие новости. Например, в Лондоне нашлась живая родственница Терри, ее бабушка, и теперь переписка с ней шла полным ходом. Этим занималась мисс Купер, охваченная нервным возбуждением, да и Клару тоже охватил некий трепет. Неужели Терри удастся перебраться в Лондон и жить с родной бабушкой? Наверное, это было бы очень хорошо для нее.

Собственно, основной целью их работы и было помещение детей в приемные семьи, однако Клара ничего не могла с собой поделать: ей было бы грустно расстаться с Терри, к которой она успела так привязаться. Да и Терри успела привязаться не только к ней, но и – причем куда больше – к своему огороду. Она возилась там часами, копая, сажая, поливая и ожидая результатов. Неужели она так и не успеет увидеть, как созреют выращенные ею помидоры?

И подготовка к экзамену «11+» тоже шла у нее очень хорошо.

Клара сообщила в начальную школу Лавенхэма, что везет Терри в Лондон «по медицинским причинам». Ей совсем не хотелось давать школьному начальству лишнюю возможность бранить девочку за пропуски занятий. В дорогу Терри надела серые шорты до колен, школьную белую рубашку, которая, правда, была скорее грязно-желтой, и старые подтяжки, доставшиеся ей от Питера. Насчет этого наряда Клара спорить не стала, но одной уступки все же добилась: заставила Терри заколоть волосы заколкой.

В поезде Терри спросила:

– Мисс Ньютон, а когда вы были маленькой, поезда уже были?

Клара рассмеялась.

– Были, конечно! Вот ведь надоеда.

– Но самолетов, наверное, тогда еще не было?

Затем Терри потребовала ланч, хотя было всего десять часов утра, и Клара согласилась. Ей осточертело навязывать детям всякие правила и самой этим правилам подчиняться. Пейзаж за окнами становился все более искусственным, явно созданным человеческими руками. И небо как-то съежилось, и телеграфные столбы попадались все чаще, став чересчур навязчивыми. В Челмсфорде в вагон вошла женщина с младенцем на руках и заранее извинилась: «Заранее прошу прощения, но ребенок может громко плакать», однако малыш вскоре уснул, и мать тут же снова уткнулась в книгу; Клара заметила, что она читает роман «1984» издательства «Пингвин букс».

Клара спросила, помнит ли Терри свою бабушку, но на этот вопрос Терри не ответила и, вонзив зубы в яблоко, сообщила:

– Пепин.

Мужчина, сидевший напротив, рассмеялся:

– Надо же, как она в сортах яблок разбирается!

Бабушка Терри жила в очаровательном районе Лондона, где улицы были чисто выметены, а уличные фонари стояли прямо и сияли вовсю. Это, безусловно, был добрый знак. Здесь, похоже, не было столь разрушительных бомбежек, и Клара могла легко себе представить, как Терри, вся такая аккуратная, будет играть на улице с другими девочками, у которых даже имена на редкость приятные – вроде Мэриголд или Фэй. Может, она еще и балетом увлечется и не будет гонять по грязным улицам на роликовых коньках…

А Терри, между прочим, нервничала. И заколку для волос уже где-то потеряла. И губы сурово поджала. И все время крепко сжимала руку Клары своей маленькой рукой в варежке. Продавец газет крикнул ей:

– Эй, спроси-ка у матери, не хочет ли она «Стэндарт» купить!

– А это вовсе и не моя мать! – крикнула в ответ Терри и насупилась. Продавец засмеялся:

– Ладно-ладно, приятель, не горячись!

Чем ближе они подходили к нужному им дому, тем сильнее обеими овладевали нехорошие предчувствия.

– Как ты думаешь, Терри, тебе бы понравилось здесь жить?

Терри быстро огляделась.

– Возможно.

Грохнула дверца лифта, и мальчик-лифтер поднял их на четвертый этаж. Чудесно. Но Терри лишь еще сильнее вытаращила глаза и крепче вцепилась в руку Клары. В конце коридора, освещенного тусклой лампочкой, их встретила бабушка Терри. Она ждала их у входа в свою квартиру. Над верхней губой у нее имелись усы, а вставные зубы она явно не надела. Еще у нее были густые, даже какие-то кудлатые, седые брови и седые, абсолютно белые волосы. Ходила она, опираясь на палку, и встреча гостей, видимо, сильно ее утомила, так что она двинулась прямиком к просторному креслу и, тяжело дыша, туда плюхнулась. Согласно личному делу Терри ее бабушке должно было быть максимум семьдесят, но, судя по ее виду, ей уже было далеко за семьдесят.

– О, вот оно что! Похоже, это мальчик, да?

– Нет. Терри – девочка.

– Тогда ей следует носить платья.