Читаем Сиротский дом полностью

Через несколько дней Билли и Барри, обняв на прощанье Клару, уехали на «пробный» уик-энд к Петерсонам. И сколько Клара ни пыталась поднять оставшимся детям настроение, у нее ничего не получалось. Дети дружно грустили из-за отъезда близнецов. Рита, как всегда, подвывала, проливая слезы по любому поводу. Пег, точно епископ Кентерберийский, безостановочно мерила шагами дорожки сада. Она могла так делать часами и вне зависимости от погодных условий. Терри, разумеется, спасалась любимым занятием: возилась на грядках. Алекс, обложившись энциклопедическими справочниками, устроился в гостиной. Питер отмокал в ванне. Морин куда-то ушла.

И все-таки это было организовано чересчур поспешно, – ругала себя Клара.

В итоге она потащилась к телефонной будке, надеясь, что Джуди найдет для нее несколько мудрых слов, но и на этот раз голос Джуди звучал словно издалека.

– У вас опять на линии какая-то неисправность? – спросила Клара.

Ответ последовал далеко не сразу:

– Нет.

Они вяло поболтали о том о сем, и когда Клара уже хотела сказать, что ей пора идти, Джуди спросила, и снова еле слышно:

– Скажи, Клара, ты счастлива?

Клара ответила не сразу, чувствуя, что за этим вопросом таится нечто серьезное.

– Да, пожалуй, счастлива. Хотя странное дело: когда дети счастливы, и я тоже счастлива, а когда им плохо, плохо и мне.

– Это звучит, как если бы ты…

– Что?

Клара догадывалась, что хотела сказать Джуди: как если бы ты была их настоящей матерью. Но она почему-то так не сказала. И закончила фразу иначе:

– Не знаю… как если бы ты окончательно там прижилась.

– Джуди, а ты-то счастлива? – Кларе очень хотелось прибавить: с Артуром.

И ее лучшая подруга только рассмеялась в ответ. А потом прибавила:

– В девяноста процентах случаев все отлично.

И лишь после того, как Джуди положила трубку, Клара подумала: а в остальных десяти процентах?

* * *

Теперь, когда количество «рандеву» с Джулианом увеличивалось по нарастающей, Кларе казалось неудобным слишком часто общаться с Айвором; с другой стороны, ни Айвор, ни Джулиан ни малейшего неудовольствия не выказывали. Ну, Джулиан, наверное, просто не знал, что она общается с Айвором. А может, и Айвор был не в курсе ее встреч с Джулианом?

Какое-то время Кларе страшно хотелось узнать, зачем Айвор остался в Лавенхэме – а точнее, почему он живет здесь один? Может, и у него кто-то близкий на войне погиб? Подобных вопросов у Клары стало значительно больше после визитов миссис Харрингтон и особенно – когда Айвор получил на Рождество тот подарок в роскошной упаковке. Ей давно уже хотелось как-то все это выяснить, но все начальные фразы разговора на эту тему, которые она придумывала и репетировала про себя, она сразу же отметала как слишком детские и неуклюжие. И все же как-то февральским вечером, притащив Айвору в мастерскую целую охапку детской одежды, нуждавшейся в починке, она решила воспользоваться моментом.

– Значит, пока на сцене миссис Дилани так и не появилась?

На сцене? Господи, что это еще за «сцена»?

Айвор перестал улыбаться.

– Пока нет, но возможно, появится.

Ого!

– Я действительно был женат.

– Ох, извини, пожалуйста! Я, кажется, сую нос не в свое дело.

Впрочем, извинение было не слишком-то искренним: от слов Айвора ее любопытство только разгорелось.

– Она от меня ушла. Уехала. Года два назад.

Уехала? Значит, не умерла?

– Извини, я не знала…

– Откуда же ты могла знать? – На нее он не смотрел. – Ее зовут Руби.

Вот оно! Значит, это именно она прислала ему на Рождество тот подарок в роскошной упаковке!

– А может, надо говорить «звали», – продолжал Айвор. – Я теперь и сам не знаю, как о ней следует говорить: в настоящем времени или в прошедшем. Она тоже отлично ладила с детишками из Грейнджа. Вечно водила их на всякие экскурсии вместе с монахинями. А иногда возила их в Ипсвич или даже в Лондон. А однажды устроила им поездку на пароходе по Темзе.

– Вот это да! – фальшиво восхитилась Клара, хотя ей было абсолютно безразлично, как эта Руби «отлично ладила» с детьми. Ее интересовали только отношения, связывавшие Айвора с бывшей женой. – А куда она уехала, ты не знаешь?

– В штат Нью-Мексико, – ровным голосом сообщил Айвор. – С каким-то американцем познакомилась и уехала. – Он залпом опустошил свою чашку. – В войну таких, как он, американских ублюдков, в Саффолке было полным-полно; да ты, наверное, и сама знаешь. Вот они-то наших женщин одну за другой и увозили, пока нас во Франции и в Египте в порошок стирали. Подкупали их своими сластями и жвачкой.

– Мне очень жаль…

– Зато теперь у нее сколько угодно нейлоновых чулок! Она так о них мечтала. – Он помолчал, но все же спросил: – А у тебя что вышло?

Он не пояснил толком, что именно у нее «вышло», но она поняла.

– У меня был любимый человек, – призналась Клара. – «Американский ублюдок». И он тоже хотел увезти меня в Америку.