Читаем Синева небес полностью

Что касается отношений Фудзио с женщинами, то они также приобрели негативный характер. «Как правило, люди казались ему монохромными и неинтересными. Однако из этой унылой массы Фудзио безошибочно выделял особей с яркой окраской. Это были молодые женщины. Если выразиться более откровенно, женщины, у которых под одеждой и привлекательной внешностью скрывались гениталии. Иными словами, не женщины, а ходячие гениталии. И они посылали миру сигналы посредством своей ярко окрашенной, привлекательной оболочки — словно фрукты, притягивавшие к себе птиц». Его встречи с женщинами были беспорядочными, случайными и короткими. Примечательно, что в женщинах он различал лишь существ извращенных и похотливых, лживых и глупых.

Криминальный характер персонажа проявляется не сразу и не случайно, его формирует предшествующий ход событий. В школьные годы во время национальных синтоистских празднеств, когда товарищи Фудзио несли тяжелый священный паланкин, он только делал вид, что им помогает, и такая маленькая ложь, сошедшая ему с рук, заронила семена лживости в его душе. Постоянные скандалы в семье — стычки с шурином Сабуро — привели к пожару, когда Фудзио в гневе опрокинул керосиновую печку, подвергнув опасности жизнь родителей. Только энергичные действия Сабуро спасли положение — не дали разгореться огню.

Совершив первое преступление — убив школьницу, Фудзио уже не в состоянии совладать со все нарастающим гневом, направленным на всех и вся. Он предстает воплощением абсолютного зла, которое клокочет у него в груди. Едва тлеющая в нем искра ненависти вдруг разгорается в безудержное пламя, как стихийное бедствие.

В душе Фудзио отсутствует личный моральный кодекс, и образовавшаяся пустота заполняется жестокостью, ненавистью и злобой, затягивая его в трясину изнасилования, убийства и заточения в тюрьму. В одном из писем к Юкико он заявляет: «Мораль — изжившее себя понятие, не пригодное даже для литературы. Если кто-то напишет моралистский роман, критика поднимет его на смех».

Повод для свирепости Фудзио всегда не объясним, побудительные мотивы его звериной натуры не выяснены.

Желание убить дерзкого мальчишку вспыхивает в нем внезапно. Приступ ярости налетает как тайфун, и лава безумия извергается из него, как из кратера вулкана. Поступки Фудзио писательница сравнивает с необузданными явлениями стихии. Юкико в связи с действиями Фудзио смиренно констатирует, что когда человек попадает под дождь, ему приходится сушить свою одежду. Вот и Юкико из чувства сострадания и милосердия вынуждена взять на себя заботу о преступнике, хотя мотивы преступлений Фудзио она уяснить не может, найти им здравое объяснение не в состоянии. Она недоумевает, как можно было наказывать дочь владельца компании только за то, что на банке с вареньем, выпускаемым этой компанией, не открывалась крышка?

Жертвы убийцы не безупречны, они наделены чертами порочности и вырождения. Нескладная школьница Ёсико Яманэ вскоре превратилась в алчную вымогательницу. Дочь строгих родителей Ёко Мики оказалась распущенной женщиной, испытывающей презрение к своему мужу — трудяге. Каё Аоки вызвала у Фудзио отвращение своим нахальством и полной атрофией чувств. Фудзио считал этих женщин просто самками: «Они понятия не имели о целомудрии. Только похоть и жадность. Они предстали копиями меня», — заявил он Юкико.

Ужасающие описания противоестественной смерти жертв автор подкрепляет патологоанатомическим свидетельством. «Изнасилованные и убитые Вами женщины выглядели, как старухи, когда их откопали. Это меня так потрясло, что сердце, казалось, остановилось. На телах были следы тления и побоев, но женщины стали похожи на кукол. С другой стороны, они казались измученными, печальными старухами. Точнее сказать, в них не произошло каких-то особых перемен, просто, скорее всего, отчетливо проявились свойственные при жизни физические и душевные качества. Я осознала, что смерть явилась для них последним этапом старения. На телах убитых молодых женщин, подобно перемешавшимся кусочкам мозаики, проступают следы старости, что совершенно противоестественно. От этого перехватило дыхание», — рассказывает Юкико в письме к Фудзио.

Перемена, случившаяся с женщинами, говорила об их духовной опустошенности при жизни. Автор как бы предлагает читателю оценить окружающий мир, населенный подобными недочеловеками, заглянуть в его мрачную, тягостную атмосферу.

Закономерно, что в хаосе беспросветного существования для Фудзио выделилась фигура Юкико с ее христианской проповедью смирения и сострадания.

Писательница от начала до конца романа подчеркивает скромность своей героини, которая не обладает никакими талантами. Она всего лишь простая швея, которая занимается кропотливой работой — шьет на дому кимоно. Ей уже за тридцать, и она одинока, живет вместе с младшей сестрой Томоко, энергичной и преуспевающей редактор. По характеру сестры диаметрально противоположны, но стараются понимать и поддерживать друг друга.