Читаем Синдром полностью

Дюран валялся в постели, когда Эйдриен отправилась в ванную. Она стояла под душем, греясь в струях теплой воды, барабанившей по шее и плечам. Неожиданно вспомнился Билл Феллоуз – выпускник университета Хоуарда, который проходил нечто вроде последипломной практики на их фирме.

Как и многие молодые сотрудники, Феллоуз занимался главным образом тем, что выполнял грязную работу. Впрочем, он не сидел на месте и впоследствии заметно продвинулся. С Биллом они познакомились, когда ему поручили помогать ей в деле «Амалджимейтид»: он участвовал в составлении базы данных по документам и рабочему материалу. Эйдриен вспомнилось, что она чувствовала себя в чем-то виноватой перед Феллоузом. Парень – эксперт по юридической части, а Эйдриен день изо дня передает ему бумаги, которые он должен проштамповать и пронумеровать. А потом девушке пришло в голову, что и она сама является специалистом в юриспруденции, тогда как ее работа не намного интереснее. Более того, в сущности, они занимаются одним и тем же.

Почему Феллоуз вспомнился именно теперь? Весной он помогал главному защитнику в одном деле. Надо сказать, случай был довольно интересным. Особенно в сравнении с процессом «Амалджимейтид». Эйдриен подзабыла подробности, но дело имело какое-то отношение к возвращению памяти. По крайней мере, в общих чертах. На суде выступал эксперт, который давал показания со стороны клиента юридической конторы и прекрасно запомнился благодаря Биллу, прирожденному миму. Перед глазами всплыло смуглое живое лицо парня, изображавшего сцены суда, пока они с друзьями сидели за текилой в одной забегаловке неподалеку. Эксперт действительно производил впечатление и обладал глубоко звучащим басом.

Намылив пеной волосы, она зажмурилась и подставила лицо струям воды. Можно узнать у Билла, как звали того доктора; спросить – не согласится ли тот осмотреть Дюрана. Не исключено, что психиатр направит их по нужному направлению – посоветует знающего коллегу или что-нибудь в этом роде.

Через пару минут Эйдриен сполоснула волосы, вышла из душевой кабинки и завернулась в полотенце. Тесная ванная комната наполнилась паром, который застилал зеркало серым туманом. Махровой рукавицей она стерла с него влагу, чтобы видеть свое отражение, и запустила пластмассовую расческу в спутанные волосы. Впрочем, не стала слишком усердствовать – хорошо хотя бы, что выходные. Натянув новые колготки, девушка нырнула в темно-синее, купленное накануне платье, которое по цвету очень напоминало форму морских пехотинцев. Серьги – на месте, и она, переродившаяся, точно Афродита, выходит из ванной.

Дюран отвел взгляд от телевизора, механически повернулся к экрану и тут же снова посмотрел на Эйдриен.

– Ух ты, – только и проговорил он, – выглядишь… очень мило.

– Спасибо, – ответила девушка, надевая туфли. – Вернусь поздно. Меня не жди – ложись спать. Только не вздумай исчезнуть.

– Да? А ты куда направляешься? – В тоне Джеффри сквозила подозрительность.

– На работу.

– На работу? Ты что, спятила? Мы же в бегах! Бога ради, одумайся! К тому же сегодня воскресенье, никто по выходным не работает.

– Но мне все-таки придется туда заскочить.

Психотерапевт выключил телевизор, приподнялся на кровати и посмотрел ей прямо в глаза.

– Тебя пытаются убить! Когда такое случается с человеком, он обычно берет отгул.

– Я не могу.

– Придется. А если тебя выследят?

– Отсюда?

Дюран покачал головой:

– Оттуда. От офиса.

– Нет, они на это не пойдут. Им весь день придется сидеть перед конторой, даже не зная наверняка – покажусь ли я там. Они скорее наблюдают за квартирой. По логике вещей я бы направилась туда, а не на работу. Особенно в воскресенье, так что… со мной все будет в порядке. За нами же не КГБ охотится, в самом деле.

Дюран откинулся на кровати:

– Ты уверена?

Она улыбнулась.

– Очень смешно. Ха-ха.

– Значит, ты твердо решила? – на всякий случай переспросил он.

Эйдриен кивнула.

– Тогда, будь добра, позвони, – попросил Джефф, – когда доберешься и когда будешь уходить. Договорились?

Чтобы передвигаться по городу, беглецы взяли напрокат «додж стратус» невообразимого цвета «зеленый металлик». В салоне висел стойкий запах новой машины, а стекла постоянно запотевали. Эйдриен направлялась на север мимо элитного загородного клуба офицеров военно-морского флота. Дождь ослабел, но в воздухе по-прежнему было очень влажно, а под рукой, как назло, не оказалось ничего подходящего для протирки лобового стекла. Эйдриен ежеминутно терла его ладонями, только размазывая грязь.

Впрочем, сейчас ее одолевали другие заботы, и все мысли блуждали вокруг одной проблемы. Эйдриен вдруг подумалось, что Дюран прав насчет поездки на работу. Самое разумное, что она могла предпринять в данной ситуации, – пропустить несколько рабочих дней и взять больничный. Но босс бы этого не понял, а рассказать ему, как все обстоит на самом деле, – верный способ усложнить себе жизнь. По его понятиям, юристам, работающим на «Слу-Холей», просто не пристало попадать под дуло пистолета.