Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

– Мы этого не допустим, – согласился Додрод. – Мы не позволим этому случиться. Сначала мы превратим крепости Фея, Гвента и самого Гортензия в руины. Сначала мы возьмём наши палочки, горячие, как расплавленная бронза, и закалим их кровью волшебников. А если не выйдет… мы попробуем снова, пока эти палочки не сломаются в наших руках, и бросим в них остатки. Мы терпеливый народ.

≡≡≡Ω≡≡≡

1580 год нашей эры

Волшебный банк Гринготтс, Косой переулок, Лондон

– И поэтому, дорогой Уг, я с сожалением вынуждена сообщить, что мы собираемся забрать банк в нашу формальную собственность. Прошло уже два десятка лет с тех пор, как посредники начали работать здесь с вами и вашим народом, так что передача банка пройдет без ущерба. Мы должны защитить банк – есть заявления, которые мы должны сделать перед Визенгамотом. Вы проделали хорошую работу, но вы не можете запрашивать проверки, вы не можете отправлять требования в организации, и вы фактически не можете функционировать во всё расширяющемся мире торговли. Это не только пойдёт на благо банка, это пойдёт на благо вашего народа.

Уг ошеломлённо молчал, в его обмякшей руке было перо, но он забыл о своих записях. Долгие годы давления и годы жадности, и теперь они хотят забрать всё, словно они вложили хоть что-то своё в банк? Ему хотелось плеваться. Его тошнило.

Уг закрыл бухгалтерскую книгу, облизал губы и осторожно заговорил. Его разум уже мчался вперед, словно заведённый. Так много зависело от этого момента. Так невероятно много для одного неподготовленного Уг Сугуга, Верховного управляющего.

– Вы собираетесь оформить Гринготтс на некоторую группу лиц? Или на Совет волшебников?

Альба засмеялась, как маленький колокольчик.

– О, на Совет, Уг! Я не получу с этого ни кната… Я просто выполняю свою работу, как и вы! На самом деле, всё будет как и прежде… вы и я против них!

Она наклонилась над столом, передавая ему официальные документы. Было заметно, как двигается печать Совета волшебников, плавясь и восстанавливаясь, чтобы постоянно поддерживать свою достоверность.

– Каждый из Великих волшебников подтвердил приказ, и мы должны следовать указаниям, – она подмигнула, и от этого Угу было отвратительно.

Он улыбнулся и хихикнул. Посмотри на меня, мне так весело. Мы хорошие друзья, и я дурак, который был рад передать права на половину комиссии с чеканки монет вашим идиотам с тупыми зубами.

– Ну что же, – сказал Уг. – Я подготовлю документы. Все права и обязанности, всё должно быть передано в Ведомство посредников, действующее от имени Совета волшебников, верно?

Это было возможно. Многие условия, на которых работал Гринготтс, были установлены при основании банка и запечатаны в огне Кубка, становясь обязательными до конца существования учреждения. Но право собственности могло передаваться; это было разрешено.

– Да, – подтвердила Альба после долгого молчания.

Конечно, она не была глупой. Но она не чувствовала Гринготтса – настоящий вес золота, настоящую тяжесть камня, настоящий жар драконов. Посредники никогда не заходили в подземное хранилище. Они сидели в своём шикарном кабинете, по праву принадлежащем Верховному ликвидатору заклятий, и спорили по поводу чисел. Но ни единой частички их души не было вложено в Гринготтс, поэтому они не знали сути всех этих чисел.

– В условиях будет вся нужная словесная шелуха, но я полагаю, что Ведомство возьмёт на себя все текущие полномочия по правоприменению, чеканке монет, ликвидации чар, обеспечению хранения и прочее? – беспечно сказал Уг.

Альба кивнула, и Уг почти мог видеть, как у неё потекли слюнки от перспективы. Уг не знал, какую часть сборов получат посредники, но он предположил, что это будет почти одна десятая. Её доля будет целым состоянием.

– И вы всё ещё будете нанимать гоблинов, да? – спросил Уг, подмигивая чёрным глазом. Как будто эти полувеликаны соизволили бы сами работать в хранилищах.

Альба засмеялась:

– Мы не смогли бы даже начать это без вас!

Это уж точно.

Он посмеялся вместе с ней.

– Тогда, вы собираетесь выплачивать жалования? – нет, конечно нет, вдруг обороты упадут, а вам нужно будет выплачивать жалованья пяти сотням гоблинов из тонкого ручейка дохода. Извините, я говорю глупости. Полагаю, вы собираетесь просто оставить те же условия, что и раньше, лишь модифицировать их? Вы заберёте все остальные сборы, а нам оставите только комиссию на чеканку монет?

Альба сложила пальцы перед собой и подалась вперёд, её лицо было хитрым: