Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

– Что ты делаешь? – сказал Гарри, поднимая руку, чтобы остановить её, – Мы не можем закрыть клинику и надеяться на спасение. Мы не продержимся столько времени, сколько понадобится подкреплению снаружи, чтобы пробиться в Тауэр.

– Ты прав, – сказала она, выкатывая щит в дверной проём до характерного щелчка. – Поэтому и нам нельзя пытаться пробиться сквозь подготовленную оборону. Вместо этого мы пожертвуем нашей позицией для отступления. – Она указала на стену. – Вырежь большой прямоугольник. Я проломлю его и вырублю их с тыла. С разрушенной стеной нам некуда будет отступать, но там в любом случае достаточно людей, чтобы проломить её за пятнадцать минут простыми Редукто.

– Так у нас не будет пути назад, – сказал Гарри. Но он уже подошел к стене, на которую она указала, и коснулся её палочкой.

– Его никогда и не было… с тех пор, как я встретила в поезде одного очень раздражающего мальчика, – сказала Гермиона. Он обернулся и увидел натянутую улыбку на её лице.

Потребовалось всего мгновение, чтобы трансфигурировать камень по тонкому контуру будущего дверного проема в смазку. Прямоугольный каменный блок был теперь отделен от стены и готов к перемещению. Старый трюк – фактически один из его первых трюков с частичной трансфигурацией. Он отошёл в сторону.

Гермиона подошла к камню, сжимая и разжимая кулаки, и Гарри почувствовал, как его желудок сжался от напряжения. Она положила ладони на блок и ухмыльнулась.

– На самом деле, это я виновата, что знаю шесть кварков.

Она покачала головой, как бы сожалея, а затем сделала резкий толчок.

Огромный каменный блок медленно и неохотно заскользил, но Гермиона рванулась вперед, врезаясь в него плечом, и с силой богини выбила плиту из стены. Блок опрокинулся и с неистовым грохотом упал на пол, сила падения была такой, что зубы затрещали в голове у Гарри.

Гермиона бросилась следом, метнув в проход несколько заклинаний ещё до того, как оказалась в коридоре. Гарри услышал звуки битвы.

– Левый фланг, – настойчиво окликнула она его, и он шагнул вперёд и поспешно коснулся палочкой камня.

Он начал трансфигурацию, медленно двигая точку изменённой материи всё дальше от себя. Он не мог видеть сквозь проход, поэтому оставалось только догадываться, на каком расстоянии нужен эффект; он знал Тауэр как свои пять пальцев, но не знал, где именно в данный момент находится противник. Чем больше была площадь, тем больше времени требовалось, поэтому он решил трансфигурировать ловушку того же размера, что и раньше, точно так же превратив каменный блок в липкую пену под тонким слоем камня.

Всё это время он слышал, как выкрикивались проклятья и отдавались приказы. Он слышал треск огня и свист заклинаний. И всё это время Гермиона продолжала колдовать, едва успевая произносить магические формулы. Она не делала пауз, чтобы перевести дыхание. Это сила Бузинной Палочки? Или это её собственные способности?

Прежде, чем Гарри окончил трансфигурацию, в коридоре послышался треск и шипение пены. Гарри отменил чары.

– Правый фл… – выкрикнула Гермиона, но прежде, чем она успела закончить, прогремел взрыв, и её швырнуло сквозь дыру в стене, как куклу, а следом повалил густой чёрный дым. Она проломила две больничные перегородки и безвольно рухнула на пол. Её одежда тлела.

– Я попал! – донёсся из коридора радостный крик Невилла Лонгботтома, – Не волнуйтесь, с ней всё будет в порядке! Заряжай!

Что там у Невилла? У него что, гранатомёт?

Гарри метнулся к дыре и поднял палочку. Надо выиграть время.

– Призматис! – выпалил он.

Сияющая радужная стена скрыла отверстие в то самое мгновение, когда из коридора показался Джордж Уизли. Он увидел радужный щит, проверил свой заряд и ухмыльнулся.

– Привет, – начал он.

– Гарри. – закончил Фред, становясь рядом с братом.

Они оба подняли палочки. Гарри бросил взгляд на Гермиону, которая по-прежнему не шевелилась. Она выглядела тяжело раненой, её тело было скрючено, конечности переломаны, а невидящие глаза смотрели в потолок.

У Гарри опустились руки.

Всё это так глупо и так бессмысленно. Мы могли бы использовать Кубок как-то по-другому. Мы могли попытаться связать всех избыточными контрактами, по цепочке. Зайти так далеко, быть так близко к успеху, и прийти к такому концу… По крайней мере, мы действительно пытались. Мы бы могли всех спасти.

Это было бы идеально. Какой же всё-таки глупый и печальный конец. Как у Волдеморта, который пренебрег каждым шансом, который он имел, даже своим последним шансом кануть в небытие с достоинством. И теперь он навечно заточён где-то в Тауэре, в тюрьме из металла и магии, вне досягаемости Гарри.

– Лаганн! – крикнули близнецы, и Пронзающий бур разрушил щит Гарри.