– Любопытно, – он скользнул ладонью по нескольким таким жгутам и вытянул один, чтобы изучить поближе. – Вы считаете своих «Возвращённых» такими важными? Хм-м. Тогда мы, пожалуй, примем их в нашу команду. Грядут великие события, мисс Грейнджер. Настоящие армии собираются и готовятся к тому, чтобы выступить и хлынуть друг на друга, как волны. Падут народы. Целым мирам придёт конец. Поставим в их ряды и ваших Возвращённых… и тоже уберём их с карты.
Волшебник дружелюбно улыбнулся.
– Но сперва следует внести некоторые изменения. Одно очень важное изменение в вашей голове. – Он дёрнул очередную прожилку, освобождая её. – Приступим, Гермиона.
Мельд отпустил Гермиону и приветливо улыбнулся.
– Ну вот. Так-то лучше.
Она подняла глаза на своего хозяина.
Вселенная содрогнулась, словно от боли.
Волна прокатилась по небольшой белой палате в клинике Тауэра, прошла сквозь лежащую на кровати Гермиону, сквозь Гарри и Мельда. Словно кто-то взял реальность за углы как простыню и крепко её встряхнул.
Мельд бросил на Гарри вопросительный взгляд, плотно сжав губы. Двумя быстрыми движениями он расстегнул рукава мантии. Его кожа начала излучать приятный золотистый свет, принимающий форму острых игл, а из-под одежды выползло полупрозрачное, пахнущее серой зеленокожее существо и обвилось вокруг хозяина. У твари было множество лап, больше похожих на щупальца с когтями, широконосая морда и немигающие глаза огромной ящерицы.
Гарри в недоумении бросал взгляды вокруг, его лоб покрылся испариной, а руки дрожали.
У Гермионы вырвалось хриплое:
– Что…
– Боже… – перебил Гарри, повернувшись к ней. – Гермиона, ты что, использовала её? – Его голос перешел в возмущенный крик. – О чём ты только думала? Ты осознаёшь, какой опасности подвергла всех нас?! Весь Тауэр… да
– Что такое, мальчик? – оборвал его Мельд, мрачно прищурившись. В его голосе слышалось нехарактерное напряжение.
Гарри обвиняюще указал пальцем на Гермиону.
– Это самая опасная вещь во вселенной! И ты
Мельд пронзил Гермиону взглядом и вскинул руки в гневе. Его ладони покрыла чёрная смолистая жидкость. Казалось, это был совершенно другой человек. Он смотрел угрожающе, светился острыми иглами злобы, и чёрная жидкость закипала на его руках.
– Что ты сделала?!
Гарри осторожно поставил на стол кожаную сумку.
– Вот, – сказал он. – Фред нашёл его в месте, о котором говорили кентавры.
– А мы уверены, – произнесла Гермиона, не отрывая взгляд от сумки, – что он настоящий? Что это не подделка, которая превратит нас в лягушек, ну или что-то в этом роде.
– Его независимо проверили директриса, Хмури, Мафальда Хопкирк и Эдгар Эразмус, – сказал Гарри и, глядя, как у Гермионы поднимается бровь, поспешно добавил: – … сразу после чего им стерли воспоминания, естественно, с их согласия.
Поджав губы, Гермиона перегнулась через стол и открыла сумку. Затем осторожно запустила в неё руку и вытащила Кубок Огня, также известный как Кубок Рассвета, – грубоватого вида чашу с толстыми стенками и массивным основанием. Кубок не полыхал огнём, вокруг него не было даже какого-нибудь сияния… Это была самая обычная деревянная поделка, причём не лучшего качества.
– Как-то… не впечатляет, – нахмурилась Гермиона.
– Это чаша плотника[198]
, – улыбнулся Гарри.– Это что, правда… – начала было Гермиона, но снова нахмурилась. – Да ну тебя.
– Я составил текст контракта, – сказал Гарри, вытаскивая из кармана сложенный пергамент. – Кубок регулярно использовали для спортивных мероприятий и международных соглашений, так что принципы его работы хорошо изучены. Хопкирк мне их разъяснила. Он связывает магическим контрактом тех, кто бросит в него свои имена, причём контракт должен быть правомерным: связывать двух или более человек, иметь чётко сформулированные условия и негативные последствия их несоблюдения и так далее. И, насколько известно, избежать штрафных санкций за нарушение контракта невозможно.
– Звучит не очень полезно для нас, – разочарованно сказала Гермиона. – Чтобы доверять друг другу, нам не нужны контракты.
– Негативные последствия – понятие относительное, – возразил Гарри, передавая ей пергамент. – Мы принесём вот такую клятву, а потом сотрём все связанные с ней воспоминания.
Предложенный контракт был довольно длинным.