Почти автоматически, Аластор быстро шагнул вправо и обратно. Он слышал за спиной выкрики заклинаний, но не все они били в него – что бы ни происходило, у него есть союзники. Кинув за спину багряный Азарийский Огонь, он выскочил за дверь и прильнул к стене. Огонь изверг столп дыма, и Аластор, пользуясь этим, рванул к двери в Приёмную комнату, чтобы запереть вход. Он налёг на дверь из гоблинского серебра, над головой прошипели Бертрамские молнии, дверь поддалась и плавно встала на место, отрезая Тауэр от внешнего мира.
Теперь нужно добраться до Гарри. Аластор бросился бежать со всех ног.
Проносясь мимо Пиррипа, он даже не думал останавливаться. Поравнявшись с дальним входом в клинику, Хмури мельком глянул внутрь и заметил, что из Приёмной комнаты отправили двоих на подмогу (участвуют в сговоре и в решающий момент ударят в спину? Нет, это Мадагаскар и Нимуэ, они ненавидят друг друга, а такой ненависти можно доверять больше всего на свете. Они не работают вместе). Значит, они здесь потому, что поднята тревога.
Пробегая мимо Сектора Совершенствования, он свободной рукой выхватил из-за пояса зелье, бросил за спину и выругался. Кто бы ни стоял за вторжением, он смог создать хаос, но почему враг думает, что сможет победить? Что сможет взять Тауэр под контроль, даже не зная что такое Тауэр. Они пытаются изучить «особые сети», которые позволяют «трансфигурировать Тауэр»? Или они узнали про Камень и пытаются его похитить? Аластор надеялся, что Гарри был начеку и надел поддельные перчатки, как только подняли тревогу. Туда, где в настоящей перчатке располагался Камень, в подделки вшили фрагменты древних разрушенных кубков – если что-то всё же украдут, то лучше уж их.
Но всё оказалось даже хуже, чем он предполагал, гораздо хуже. Вывернув из-за угла с палочкой наготове, он мигом присел и увидел, что они уже добрались до Гарри.
Гарри лежал на полу с ножом в груди, вокруг растекалась лужа крови.
Откуда столько крови? Мальчишка мёртв? Ботинки не те. Его нужно спасти, нужно спасти, никто не сможет занять его место.
Пригнувшись, Хмури вскинул палочку в позицию Vom Tag и сконцентрировался. Он старательно выуживал из памяти бабушкины глаза и сверкающие голубые огни. Добиться этого было чертовски сложно, но нужно было как можно скорее
Не переводя дыхания и не сводя взгляда с коридора, он призвал Азарийский Огонь. По размытым очертаниям было видно, как враг сдвинулся, перенаправляя атаку. Мастерский ход. Но глупый. Теперь Хмури слишком многое известно об их стиле. Может, они хотят притупить его бдительность, добавив ему самоуверенности?
Аластор метнул три быстрых проклятия, выиграв тем самым полсекунды, и запустил руку в мантию, чтобы достать из кошеля металлическое кольцо. Отклонившись в сторону, он выбросил вперёд руку с палочкой и выкрикнул проклятие, настолько мощное, что от создаваемого давления заболели уши.
А следом он запустил во врага металлическое кольцо. Оно должно было сработать. Нужно было
Кольцо, а если точнее – Арка Улака Непобедимого, самая совершенная тюрьма из когда-либо построенных, – расширилось в полёте, трансформируясь в полированный обруч размером с человека и будто перестала быть частью физического мира.
Враг был быстр: прежде чем его настигла Арка, он успел произнести два заклинания, но оба они – порыв ветра и вспышка пламени – исчезли вместе с ним, словно их никогда не существовало. Арка была средством радикальным и непостижимым – крайняя мера, запасной план Аластора Хмури на случай предательства.
Арка поглотила врага и упала. В коридоре остались лишь пустой металлический обруч, Аластор с поднятой палочкой, бегущие следом авроры и умирающий Гарри Поттер-Эванс-Веррес. На котором были не те ботинки.
Не те ботинки.
Между осознанием и потерей сознания было лишь мгновение, но его хватило, чтобы Аластор понял. Поддельный Гарри – значит, враг уже контролирует Камень. Значит, вторжение было спектаклем. Значит, подмога из Приёмной комнаты тоже участвует в заговоре. Значит, никто не поднял тревогу. Значит, замешаны все.