Что за шутку сыграл со мной больной зуб? Или это было своего рода послание: я давно подумывал начать своё дело и, признаться, мысль о наручных электронных часах занозой засела в моём воображении. Возможно, пришло время вскрыть нарыв и посмотреть, что из этого получится.

Кому на Руси жить тяжело

Летел Змей Горыныч над морем-окияном. Шесть дней летел ни пивши, ни евши. Крылья у чудища заломило, хвост задрожал, две головы от усталости свесились и плетьми в воздухе болтаются. Глядит Змей Горыныч вдаль, родную сторонку выискивает.

На седьмой день показалась родная сторонка, берёзовые стволы забелели, ёлки лапами замахали. Обрадовался Змей Горыныч, да вдруг слышит, кричит кто-то:

– Вставай, Ванюшка, летит чудище о трёх головах!

Призадумался Змей Горыныч. Не хотел он добра молодца губить, но деваться некуда, придётся бой принимать. А коли принимать, так и победу держать. Налетел Змей Горыныч на Ванюшку, да молодец-то ему головы и отрубил.

***

Летел Змей Горыныч над морем, в водную гладь поглядывал. Две головы дремлют, хвост дрожит, крылья насилу машут.

Покрутил змей головой, в толк не возьмёт, вроде всё это уже было. Вот и берёзки забелели, и ёлки лапами замахали. Не стал Змей Горыныч дожидаться беды неминучей, в другую сторону повернул.

Летит Змей Горыныч вдоль берега, вдруг слышит посвист молодецкий:

– Эге-гей, выходи чудо-юдо на честный бой. Я, Иван – крестьянский сын, за тобой пришёл.

Рассвирепел Змей Горыныч, хвост стрелой натянул, крылья расправил и приземлился перед крестьянским сыном – будет знать, как змея трёхголового на бой вызывать. Только Змей Горыныч пасти разинул, как Иван – крестьянский сын ему головы и отрубил.

***

Глядит Змей Горыныч и видит, как по морю тень бежит, его догоняет. Седьмой день пошёл, а всё-то Змей Горыныч в родную сторонку не вернётся.

Приуныл Змей Горыныч, никак заснул в пути, раз такие сны видит. Не стал дожидаться, когда берёзы да ёлки впереди замелькают, свернул к маленькому острову. На том острове высокий дуб растёт, а на дубе избушка стоит. А в избушке той Баба-яга живёт.

– Что, чудо-юдо, по делу спешишь, аль от дела бежишь? – спросила Горыныча Баба-яга. Рассказал змей о своей беде. Баба-яга его в мышь и превратила, только три головы да крылья оставила.

Донёс ветер Змея Горыныча до родного берега. Незамеченным проскочил Змей Горыныч мимо добрых молодцев и скрылся в своей пещере. Как обратно змеем оборотиться Баба-яга не сказала, да дума эта и до утра ждать может. Прилёг Змей Горыныч и заснул беспробудным сном.

***

Летит Змей Горыныч над морем-окияном. «Что же за напасть такая!» – думает.

Кормушка для беса

Людишки… Наивные существа, которые решили спихнуть все проблемы на бесов. Как удобно обвинить в своих промахах кого-то ещё!

На самом деле всё намного проще: люди ошибаются, огорчаются, а мы пожинаем плоды. Мы выходим на улицы не для того, чтобы подталкивать к грехам. На это способны только мастеровитые бесы. Но они слишком ленивы, чтобы зазря шататься по свету.

Мы – маленькие работники Нижайшего Беса – собираем негативные эмоции и тащим их нашей братии. Для пропитания.

Самое злачное время – преддверие Нового года. Люди любят подбивать итоги, но в итоге частенько побивают себя. Все эти «не успел», «не срослось», «не справился». Вот уж где раздолье для голодающей нечисти!

Я приметил себе одну многоэтажку. Очень удобно: за одну ночь можно набрать «продуктов» на пару месяцев вперёд. Я собрался пройтись по квартирам, заглянуть в беспокойные сны их обитателей – всё как всегда.

Постоял у кровати одинокой старухи, поковырялся в её воспоминаниях о болях в спине и коленях. Так себе блюдо. Но для начала сгодиться. Её сосед оказался поинтереснее: развод, муки ревности – то, что надо. А вот в третьей квартире начались проблемы.

Одинокая немолодая женщина. С таких всегда удаётся собрать нектар. Сначала всё шло как по маслу. Слёзы, обиды… Я добрался до воспоминания о поездке на природу. Все семьями, а она в чужой машине на заднем сиденье среди галдящих детей. Водитель прибавил музыку, самое то для страданий. И началось.

Её душа натянулась гитарными струнами и зазвучала в унисон с мелодией. Кто бы мог подумать, что это её любимые песни, которые она не слушала много лет? Она притопывала, а вскоре и вовсе запела. Нет, так не пойдёт, пора смываться.

Я нырнул в соседнюю дверь. О, отец семейства. Я стоял, потирая лапы. У таких всегда можно найти глыбы замороженных эмоций, похороненных под бесконечными «надо». А это ещё и не особо успешный, как я посмотрю: ремонт плохенький, диван продавлен, на кухне припрятан баллон пива. Я аж облизнулся.

Я заглянул в голову этого страдальца. Вот оно: нелюбимая работа, стервозная жена, спиногрызы, которые снашивают одежду быстрее, чем он успевает донести зарплату до дома. Выстраданное резюме в презентабельную фирму и рефлексия на тему, что он недостоин получить место.