Читаем Шустрое ребро Адама полностью

— Я сначала расскажу, каким образом я пострадал из-за этого похищения, — сказал Сева. — А потом объясню, при чем тут ваш дядя. Так вот, разумеется, я сначала не поверил парню. Решил, что он начитался детективов, а то и вовсе псих. Но тут Томов снял ботинок с левой ноги. Пальца действительно не было, но ведь псих мог бы и сам его оттяпать… А парень вдруг стащил с себя рубашку, и тогда я все-таки поверил ему. Вся его спина была исполосована. И кто-то вдоволь порезвился, вычерчивая на коже острием ножа элементы таблицы Менделеева. Этакое самому не сделать. Значит, оставалось предположить, что у психа имелся помощник? Но какие же у психов могут быть помощники?.. В общем, я решил, что парень вполне здоров, а его история — чистая правда. Начиная расследование, я первым делом отправился в ту лабораторию, куда Томов пришел работать сразу же после университета и где трудился над своим открытием несколько лет. Но там мне ничем не смогли помочь.

Сказали, что ночью — именно в эту ночь парня похитили — в лаборатории возник пожар и сгорело почти все. Затем я направился в ту самую фирму, где незадолго до похищения побывал молодой ученый, — но и там мне почти ничего не удалось узнать. Сказали, да, приходил такой, что-то толковал о своем открытии, однако сделка не состоялась, так как он больше не появлялся. Но после того, как я вернулся из этой фирмы, начался кошмар. Моему начальству был анонимный звонок, — мол, я получил взятку. Причем названная сумма — три тысячи долларов — в точности соответствовала той, что оказалась в моем столе. Начальство возмутил не сам факт взятки, возмутило то, что я не поделился, даже не заикнулся о такой возможности.

И как я их ни убеждал, что деньги мне подложили с целью подставить, никто мне не поверил. А ведь я тогда не вел ни одного серьезного дела… Было лишь мелкое мошенничество плюс столь же мелкая кража.

И еще эта история с похищением. С первыми двумя делами я уже управился, от меня в тот момент вообще ничего не зависело, так что устранять меня не имело смысла. Значит, оставалось только похищение… Именно из-за него меня решили устранить. Кто-то боялся, что я начну копаться в этом деле.

— Но и при чем тут мой дядя? — нахмурилась Мариша.

— Ты еще не поняла? — удивился Сева. — Твой дядя — он и есть директор фирмы, куда обратился молодой ученый Томов со своим открытием.

— Не верю, — выдохнула Тамара Ильинична. — Валериан, конечно, не ангел, но он не станет пытать человека, не станет добиваться своего таким способом.

— Я и не говорю, что это именно он, — сказал Сева. — Однако банковский счет Валериана Владимировича… В общем, сумма такова, что невольно заподозришь неладное. Но не будем об этом. Мои подозрения основаны на следующем факте: при беседе с молодым талантливым ученым присутствовали только трое, и директор фирмы был одним из этих троих.

Ведь не исключено, что кому-то из них захотелось поживиться…

— С тобой все ясно! — перебила Мариша. — Хорошо, что тут нет тети. При таком раскладе ты мог бы сразу же считать себя уволенным. Тоже мне, комиссар Мегрэ.

— Но я же не говорил, что твой дядя виноват, — запротестовал Сева. — Просто так уж совпало.., только поэтому он попал в число подозреваемых. Меня временно отстранили от дел, заняться мне было нечем, вот я и решил: а что такого, если я частным образом попытаюсь найти человека, замешанного в похищении ученого?

— А почему ты уверен, что именно в фирме Валериана Владимировича нужно искать злоумышленников? — спросила Тамара Ильинична. — Наверняка этот твой молодой ученый проболтался о своем открытии приятелям. И в его в лаборатории должны были знать, над чем он работает. Ну и девушка, конечно.

— В том-то и дело, что нет! — воскликнул Сева. — Я тоже сразу об этом подумал и спросил у него про друзей и девушку. Так вот, никакой девушки у него нет, он все силы отдавал науке. А над своим открытием работал по вечерам и ни с кем в лаборатории не делился… График там свободный, получают все гроши, поэтому никто его вечерними занятиями не интересовался. И друзьям Томов тоже об этом не рассказывал.

Его друзья — люди от науки далекие, так что все равно ничего не поняли бы. То есть в общих чертах они, конечно, знали, над чем работал наш химик, но, повторяю, лишь в общих чертах. Поэтому остаются те трое, что находились в кабинете Валериана Владимировича, когда туда вошел Томов.

— Трое? Кто именно? — спросила Тамара Ильинична.

— Скрывать нет смысла. Во-первых, вице-президент по науке — Михаил Федорович, во-вторых, заместитель вице-президента — Петр Леопольдович, который, следует заметить, оказался в тот момент в кабинете по чистой случайности. Просто зашел о чем-то спросить. И, разумеется. Валериан Владимирович.

Кстати, ему очень хотелось узнать мнение своих коллег…

— О чем? — перебила Мариша.

— О том, насколько выгоден проект, предложенный нашим химиком.

— И что дядя?

— Очень заинтересовался, — ответил Сева, потупившись. — Поэтому я его сначала и заподозрил…