Читаем Шулер полностью

Когда я обернулась, Уллиса вновь смотрела на меня, и её глаза странного оттенка светились. Однако она не смотрела мне в лицо; вместо этого её фокус завис где-то прямо над моей головой, её глаза содержали своего рода изумление. Та же интенсивность и скрупулёзность переключилась обратно на Ревика.

Я нервно тронула дверной косяк, пока она смотрела на него. До меня дошло, что мне не хотелось, чтобы она подходила к нему слишком близко, даже взглядом.

Внезапно фиалковые радужки Уллисы сфокусировались обратно.

Она поклонилась, выражение её лица все ещё сохраняло изумление.

— Конечно, сестра. Приношу свои извинения. Искренне.

Я обхватила руками свою талию и пожала плечами.

Мне пришло на ум, что я не знала, за что именно она извиняется.

Уллиса заговорила наперёд меня.

— Как твоё самочувствие, сестра?

Я заметила, что её акцент утратил некоторое человеческое звучание. Может, она немного расслабилась в моем присутствии. А может, это как-то связано с тем, что явно беспокоило и будоражило её относительно меня и Ревика.

— Я в порядке, — я попыталась разжать кулаки, расслабить эту рефлексивную, но чужеродную насторожённость. Я не смогла. — Я в порядке. Просто… — я взглянула на Ревика, подавляя импульсивное желание встать прямо между ним и глазами женщины. — Я в порядке, — повторила я в третий раз, поддавшись импульсу и подвинувшись на полшага вправо. — Просто устала, наверное. Проголодалась. Отчаянно нуждаюсь в душе.

Уллиса улыбнулась.

— Прошу, чувствуй себя как дома. Мы можем обеспечить тебя всем необходимым во время твоего пребывания здесь.

— Пребывания? — я почувствовала, как напряглось моё лицо. — Как долго мы будем оставаться здесь?

Уллиса улыбнулась. Её лицо мгновенно сделалось деловитым.

— Вы двое сейчас в безопасности, — сказала она. — Но они не нашли тел. В будущем, если решишь инсценировать ваши смерти, я советую сначала проконсультироваться с Реви'.

Её улыбка сделалась ещё шире и, кажется, никак не относилась к её словам.

— Шулеры знают, что вы здесь, — сказала она. — Они по меньшей мере знают, что вас вместе видели в Сиэтле. Они знают об украденной гарнитуре. Хорошо, что ты оставила её в такси.

Она бодро добавила:

— Нам лучше дождаться момента, когда они не будут наблюдать за каждым въездом и выездом из города. С сегодняшнего дня мы посылаем видящих, чтобы создать ложные следы.

Всматриваясь в мои глаза, она широко улыбнулась.

— У тебя есть паспорт, Мост Элисон?

Я покачала головой.

— Нет.

— Это легко исправить. Вэш также предложил, чтобы ты использовала это время и побольше узнала о том, зачем ты здесь. Начала своё обучение.

Я обернулась на Ревика, снова почувствовав, что его свет ищет мой. Я деликатно оттолкнула его, сосредоточившись обратно на женщине.

— Куда мне предстоит отправиться, раз мне нужен паспорт? — спросила я.

— Есть много мест, Мост Элисон, — лёгкая улыбка женщины растянулась во все тридцать два. — Дом Реви' — не в этой стране.

Я покраснела, услышав в этой фразе поддразнивание. Должно быть, женщина почувствовала его тягу.

— Где он живёт? В Германии или…

— Нет, — удивлённо отозвалась Уллиса. — Не в Германии. Уже много лет. Он также жил в России, полагаю, — задумавшись, она потом отбросила эту мысль. — В настоящий момент он живёт в Лондоне. Он сохраняет резиденцию там уже пять или шесть лет, — она помедлила, снова тепло улыбнувшись мне. — И вовсе не проблема держать мой свет подальше от него, Мост Элисон. Я полностью понимаю.

Я покраснела ещё сильнее.

Вновь поддавшись импульсу, я чуть твёрже встала между Ревиком и этой женщиной, заслоняя ей линию обзора.

Вместо того чтобы оскорбить, что-то в этом жесте, похоже, до глубины души тронуло женщину. Она поразила меня, коснувшись моего лица, затем поцеловав меня в щеку.

Она повернулась, как будто собираясь уйти… затем резко остановилась.

Я напряглась прежде, чем мой мозг сообщил мне причину.

Все ещё оставаясь вежливой, Уллиса заглянула мне за плечо, и краткость этого взгляда как будто спрашивала на это разрешения.

— Реви', дорогой. Мы тебя разбудили?

Его ответ был тихим, но его низкий голос заставил меня подпрыгнуть, почти содрогнувшись.

— Все хорошо, — сказал он.

— Ты голоден?

— Да.

Я сделала вдох, повернулась — и обнаружила, что его глаза сосредоточились на мне. Их прищуренный, холодный взгляд с завуалированной враждебностью заставил меня отпрянуть.

Враждебность однозначно адресовалась мне.

Уллиса, казалось, не заметила.

— Ну конечно, ты голоден, — она улыбнулась. — И мои поздравления, Реви'. Я тронута. Очень тронута. Удачи, друг.

Увидев, что Уллиса вопреки улыбке готова прослезиться, я снова взглянула на Ревика, чувствуя, как моя нервозность превращается в настоящий страх, когда я увидела его лицо. Его кожа потемнела; он явно прекрасно знал, о чем именно говорила Уллиса, и ему совершенно не понравился этот комментарий.

Он отвёл глаза, когда встретился со мной взглядом, и скрестил руки на груди.

Я не могла оторваться от его лица.

Он покраснел?

Он слегка поклонился Уллисе.

— Спасибо.

Вытерев свою щеку, женщина улыбнулась, затем повернулась, чтобы уйти.