Читаем Шулер полностью

— Она молода, Реви', - сказала она. — По рассказам Старейшин я представляла себе старика. Её вообще обучали?

Ревик сделал очередное рубящее движение вниз.

«Нет», — перевёл он для меня.

Уллиса посмотрела Ревику в лицо.

— А как они нашли вас? Нам сказали, что вы без проблем выбрались из Сан-Франциско.

— Это была моя ошибка… — начал Ревик.

— Нет, — сказала я. — Не его.

Уллиса удивлённо посмотрела на меня.

Внезапно её выражение лица стало намного сложнее прочесть. Она официально поклонилась мне, как будто внезапно опомнившись, и я увидела, как к её щекам приливает румянец. Обведя помещение свободной рукой, она снова поклонилась мне. Я невольно заметила, что другая её рука теперь находилась под толстовкой Ревика, лаская его голую спину.

Осознав, что пялюсь, я отвернулась, крепче скрещивая руки на груди.

— Подожди здесь, пожалуйста, — вежливо сказала она. — …Высокочтимый Мост. Я приношу свои извинения за то, что заставила вас обоих стоять здесь. И за то, что таращилась.

Я подняла руки, не скрывая раздражения.

— Все в порядке. Ерунда.

Она вышла из комнаты с Ревиком, чьего взгляда я избегала, и я заметила на себе другие взгляды с разных частей комнаты. Нарочито игнорируя их, я плюхнулась в одно из плюшевых кресел и стала ждать. Сделав это, я осознала, что это, наверное, тоже было ошибкой. Многие видящие поднялись и уставились на меня. Большинство этих взглядов ощущались благосклонно любопытными, но я также улавливала проблески недоверия и враждебности. Я даже чувствовала некоторый страх.

— Ты действительно телекинетик? — спросила меня высокая женщина с вьющимися черными волосами.

Я моргнула. Отвернувшись от неё, я не ответила.

Я встретилась взглядом с другой женщиной, почти случайно. Её глаза смотрели хищно, но за этим я видела много злобы. Она казалась нацеленной в мой адрес — конкретно на меня.

Супер. Эта женщина действительно ощущалась опасной.

— Нам стоит позвонить его хозяину? — спросила другая, более молодая женщина из другой части комнаты. Она говорила обеспокоенно. — У него будут проблемы, ведь так?

— Какой смысл? — глаза хищной женщины не отрывались от меня. У неё был сильный акцент, похожий на славянский. Может, русский. — Его хозяева к этому времени уже объявят его беглецом. Они заключат сделку со СКАРБ, чтобы не платить штраф.

— Но я думала, его работа засекречена. Даже среди людей, разве они не…

— Ну, они могут не сказать человеческим журналистам, что он для них делал, — сказала русская, демонстративно закатывая глаза в ответ на эти слова. — Но это не значит, что они теперь не пристрелят его как собаку, — её глаза вернулись ко мне. — Что ты думаешь, маленькая девочка? Тебя воспитали люди.

Её полные губы изогнулись, но не совсем в улыбке.

— Ты бы убила его? — поддразнила она. — … Или сначала поиграла бы с ним?

Несколько других видящих захихикали.

Я постаралась открыто переводить взгляд с лица на лицо, как это сделала бы Касс.

Однако мне всегда отстойно давались эти игры.

Когда большинство видящих отвели глаза под моим взглядом, я сосредоточилась обратно на русской. Её волосы были убраны в косы по бокам от угловатого, но красивого лица с карамельной кожей. Её светло-карие глаза светились таким количеством света, что я поймала себя на том, что подавляю какую-то напуганную реакцию, пытаясь удержать её взгляд.

Её полные губы изогнулись ещё сильнее, так что я знала, что она тоже читает мои мысли.

Она стояла рядом с низенькой азиаткой с широким лицом и темными волосами, спадавшими до середины спины. Они обе были одеты в шёлковые халаты, прикрывавшие лишь верх их бёдер.

— Тебя беспокоит то, что мы шлюхи? — спросила меня русская, скрещивая руки. — А если я скажу, что он тоже торгует этим, это обеспокоит тебя или успокоит? Но с другой стороны мы, видящие — сплошной «большой секс», да?

Злость окрасила её голос, но после того, как она всмотрелась в моё лицо, её хищная улыбка вернулась.

— Ах, тебе не нравится, что я говорю. Но Реви' и есть шлюха… во многих смыслах. Предложи ему деньги. Посмотри, что он скажет, — она широко улыбнулась остальным. — Нам, видящим, всегда нужны деньги!

Ещё больше смеха прокатилось нервными волнами. Теперь несколько других видящих тоже выдержали мой взгляд, понимающе усмехаясь. Их выражения и тела, казалось, перемещались вокруг меня морем волос, кожи и светящихся глаз. Они казались мне животными — я ничего не могла с этим поделать. Они жестикулировали друг другу, и их голоса эхом раздавались в моей голове, доносясь словно со всех сторон разом.

«Она уже попробовала его?»

«Нет, я не вижу его в ней».

«Неудивительно, что она так злится».

Смех звенит, в моем сознании и за его пределами. Моя голова раскалывается, но моё тело ощущается так далеко, словно кусок мяса на крючке. Я закрываю глаза, стараясь заблокировать их.

«Думаешь, это она избила его до полусмерти?»

«Зная Реви', ему это понравилось».

Ещё больше смешков.