Читаем Шулер полностью

«Пешком пришла, — его боль вновь усилилась, и я сжала руками живот, изо всех своих чёртовых сил стараясь больше ничего не чувствовать из его света. — Ревик… я была осторожна. Элайя был так взбешён. Я не видела никого в коридоре, так что…»

«Элли! Боги, детка, что ты делаешь? — его боль усилилась наряду с чувством вины, от которого я вздрогнула, стискивая зубы. — Жди прямо там, где ты сейчас. Жди там. Я приду туда. Я тебя найду…»

— Сестра?

Я подпрыгнула, поворачиваясь на новый голос.

Я отвлеклась, испытывая тошноту от такой близости к его свету, отвлеклась на то, как он только что назвал меня, сомневаясь, правильно ли я расслышала его, и уж тем более сомневаясь, действительно ли кто-то только что обратился ко мне за пределами Барьера. В любом случае, я ожидала, что это будет один из охранников, Элайя, Чандрэ или кто-нибудь, кого они послали найти меня.

Присутствие Ревика померкло, но я не чувствовала, чтобы он отстранился.

Вместо этого все ощущалось так, словно я вошла в плотную стену, и стена сомкнулась вокруг меня, выталкивая его. Похожие на сигнальные огни глаза встретились с моими, светясь в свете проекций виртуальной реальности от ближайшего киоска. Мелькающие образы отвлекли меня. Я видела женщину, вращавшуюся на высоком мониторе в вечернем платье с блёстками. Настоящая женщина, чей образ проецировался туда, наблюдала за трансформированной версией себя словно заворожённая.

— Ты потерялась, сестра?

Я моргнула. Женщина держала меня за руку. Я наблюдала, как её длинные пальцы сжимаются на моей коже. Они выглядели синими в отсветах образов виртуальной реальности. Я постаралась сосредоточиться на её лице, но не могла.

«Я помогу тебе, — мягко послала она. — Ты выглядишь очень усталой, сестра».

Меня омыло облегчение. Я правда устала.

Я поверить не могла, насколько устала.

Женщина с прозрачными глазами промурлыкала баюкающий звук…

…и я впала в замысловатый поток света.

Мир отключился.

Он вновь появился изменённым прежде, чем я успела перевести дух.

На другой стороне все выглядело иначе, пусть даже в мельчайшей, неуловимой манере. Словно мои линзы отражали свет немного под другим углом. Внутри этой новой частоты объекты и люди стали более сложными, многомерными. Их света расширились, размытые контуры обострились и превратились в серии математических уравнений.

Обрывки музыки и света гармонировали в этой идеальной структуре.

Из резких линий проступил чертёж — стены, этажи, инвентарь, мебель, растения в горшках, даже люди. Потолочная люстра взорвалась мерцанием нитей света. Физический свет разделился на частицы, материи и энергии — это достижение простейшей механической красоты буквально заставило меня задержать дыхание.

Я вместе с другой видящей прошла обратно через людный коридор.

Все, что я могла делать — это таращиться вокруг, потерявшись в этой сложности и красоте.

Даже те банальные проекции виртуальной реальности сделались захватывающими. Теперь я могла видеть, как они сделаны — технология снабжалась нематериальным светом, обрабатывая каждое сообщение как экран проекции позади сменявшихся кадров фильма. Я видела, как сменяются изображения, связываясь с каждой единицей информации по проходившим мимо людям, а свет изменяется, чтобы притягивать их.

Взаимодействие сознаний, то, как они формировали из кирпичиков все более и более персонализированные сообщения — все это сделалось видимым для меня.

Мимо нас проходит группа людей, привлекая моё внимание.

Я слышу их резкий смех словно издалека.

Они ощущаются словно дети, марионетки, запутавшиеся в нитях света, окружённые сложностью, которая диктует каждый их шаг, оставаясь совершенно невидимой для них.

«Да, — посылает женщина с синей кожей. — Ты чувствуешь это, не так ли? Даже ты. Ты чувствуешь, какие они неправильные. Какие… неполные».

Я смотрю, как атомы танцуют в лучах под потолком коридора, свет льётся фрактальными радугами, а его освещённые нити переплетаются и изменяются над головами.

Я смотрю в глаза держащей меня женщины. Она прекрасна.

Она также права. Дело не только в людях, осознаю я, глядя по сторонам. Дело во всем. Мир кажется лишь наполовину сформированным. Неполным. Он сломан. Каким-то образом мы это допустили. Затем меня поражает.

Как и любое уравнение, его можно изменить.

«Мы покажем тебе, — мурлычет женщина с синей кожей. — Мы покажем тебе такие изумительные вещи, Мост Элисон. Ты поймёшь столько вещей, которые ускользали от тебя. Мир никогда больше не будет для тебя таким маленьким, как сейчас».

Я могу видеть, что она мне предлагает.