Читаем Щит полностью

Я застыла, когда он вновь устроился у стены, прижав мою спину к своей груди. Ревик по диагонали обхватил меня рукой, сжав моё плечо, затем нарочито расслабился, прильнув ко мне.

На секунду я не ощущала от него ничего, кроме тепла и своеобразной тянущей привязанности.

Осознав, что все равно реагирую на него в сексуальном плане, просто от того, что он прикасается ко мне, я постаралась расслабиться, очистить голову от мыслей. Я постаралась смотреть на небо за окном. Однако я отчётливо осознавала его пальцы, ласкавшие моё плечо, и его ногу, пошевелившуюся за моей спиной. Ревик обнял меня крепче, обхватив другой рукой талию.

— Элли.

Подняв взгляд, я осознала, что краснею.

Его лицо находилось в считанных дюймах от моего.

Ревик прочистил горло, вновь делая неопределённый жест в мою сторону, и я увидела, как он опять помрачнел. Я увидела в его глазах вопрос, пристально всматриваясь в их глубины.

Наконец, я положила голову ему на плечо.

— Что? — спросила я.

Он сказал:

— Я бы хотел поцеловать тебя. Можно?

Мои щеки залило теплом.

Почему-то до меня не доходило, что при том сценарии, который мы только что обговорили, мы все равно будем целоваться. Мой взгляд задержался на его губах, затем вновь вернулся к его глазам. Я осознала, что вспоминаю, как прощалась с ним в аэропорту.

И все же я знала, что это лишь отчасти является причиной, по которой я колеблюсь.

Все дело в отвлечении, в том, что он сказал о других женщинах. От моего внимания не ускользнуло, что он употребил множественное число. Я вынуждена была предположить, что он имел в виду Кэт, ту видящую-проститутку в Сиэтле, которую он целовал передо мной, которая называла меня «червяком» и беспрестанно дразнила меня по поводу Ревика и моей неосведомлённости в целом.

В Ванкувере Ревик в своей обычной тактичной манере сказал мне, что он не «трахал» её, пока мы были в Сиэтле. Теперь я вынуждена предположить, что они занимались всем остальным, кроме этого.

Черт, да насколько я могла предположить, на корабле были и другие. Ревик мог и раньше скрывать от меня своё времяпровождение.

Но я должна отпустить это. Должна.

Вновь подняв на него взгляд, я кивнула.

— Ладно.

В его глазах проступила боль.

— Элли, я не имел в виду ничего такого…

Я покачала головой.

— Не надо, — сказала я. — Пожалуйста. Не порти все.

После очередной паузы Ревик кивнул.

Он скользнул рукой в мои волосы, ласково убирая их со щеки, затем с шеи. Он продолжал поглаживать мою кожу, изучать моё лицо, пока его пальцы скользили по костям и мышцам. Я пыталась решить, стоит ли коснуться его в ответ или сказать что-нибудь, когда ощутила дрожь Ревика прямо перед тем, как он опустил голову.

Его губы были осторожными, как мне и помнилось.

Вопреки почти знакомому ощущению его губы шокировали меня, как и много раз до этого. Моё сердце остановилось в груди. Мой разум отключился. Поначалу я не могла связать это со своими чувствами, или даже с мужчиной, которого я знала до этого, о поцелуях с которым я думала все время — по крайней мере, на корабле.

На протяжении долгого момента Ревик действовал тепло, даже с привязанностью, и не использовал язык. Он целовал мои губы и шею, помедлив, чтобы приласкать мою щеку своей. Затем он вернулся к моим губам.

Я не могла решить, в состоянии ли я расслабиться. Каждая часть моего тело начинала болеть, когда Ревик опустил голову, целуя моё горло. Я чувствовала лёгкие касания его языка, буквально вздрагивала от его дыхания на моей коже, кусала губы, чтобы не реагировать слишком остро.

Его рот вновь нашёл мои губы.

В этот раз Ревик заставил меня раскрыть рот.

Его язык оказался теплее его кожи.

Это тоже шокировало меня, но я поддалась, не включая мозг. Через несколько секунд я ощутила, как мой стресс от нашего разговора начинает испаряться. Остались лишь его губы и язык, его пальцы, ласкавшие моё лицо. Мои руки к тому времени очутились в его волосах, стискивая короткие пряди на затылке. Я осознала, что наверное, держу его слишком крепко… когда его рука вновь обвила мою талию.

Я осознала, что меня притягивают и укладывают на кровать, и вот уже Ревик полулежал на мне.

Он вновь поцеловал меня. Я утратила счёт тому, сколько длился этот поцелуй.

Когда он оборвался, мы оба тяжело дышали.

Его кожа раскраснелась. Ревик крепче обнимал меня, теперь уже не глядя на меня, а как будто выглядывая в окно. Моя ладонь лежала под его серой футболкой, рука обвивала спину. Я чувствовала вокруг мышц бугорки шрамов, перемежавшиеся гладкой кожей.

Я все ещё ласкала его спину, когда Ревик поймал меня за запястье и убрал от себя мои пальцы.

— Нам лучше остановиться, — его голос звучал грубо. — Сейчас же, Элли.

— Ладно, — сказала я.

Ревик посмотрел на меня.

Прежде чем я успела уложить в голове мысль о том, что надо его отпустить, Ревик уже вновь целовал меня. В этот раз по мне пронеслись эмоции, своего рода неверие, смешанное с желанием… и я осознала, что это его чувства. Через несколько секунд Ревик положил голову мне на плечо. Меня прострелило болью, и я осознала, что эта боль тоже принадлежала ему.

— Элли, — произнёс он. — …Я скучал по тебе. Так сильно.