Читаем Щит полностью

Я чувствовала в нём мальчика — и того, другого, который меня пугал.

Однако я смотрела ему в лицо, и я видела Ревика тоже. Он ощутил моё колебание. Может, он даже ощутил моё решение — а может, как и я, знал, каким оно будет ещё до того, как я решила.

— Идём со мной, — сказал он и вновь поцеловал меня. Он говорил тихим, уговаривающим тоном. — Пожалуйста, любимая. Пожалуйста… я сделаю всё, что ты захочешь. Что угодно.

— Я не могу.

— Да… можешь. Ты моя жена. Ты всегда будешь моей женой, Элли.

В этот раз по моему сердцу ударила такая боль, что невозможно было вымолвить и слова. Я снова пошатнулась.

— Я не смогу остаться, — сказала я.

Он улыбнулся. Это была та самая улыбка, которая разбила моё сердце, когда я впервые увидела её у мальчика. Теперь я не могла видеть её на этом лице.

— Однажды ты сможешь, — пообещал он, целуя меня в губы. — Я подожду. Я буду ждать тебя. Сколько бы ни потребовалось времени. Ты полюбишь меня вновь. Ты увидишь, Элли.

Я ощутила, как моё горло сдавило.

— Я люблю тебя. Больше всего на свете.

Он печально улыбнулся, коснувшись моей щеки.

— Нет, — сказал он. — Но полюбишь.

Потянув за пальцы, он положил мою ладонь себе между ног и поцеловал меня. Поцеловал ещё крепче, когда я ответила, скользнул другой рукой под мою свободную рубаху, ласкал мою кожу, пока я не ахнула ему в рот. Его свет сделался более агрессивным, притягивая мой свет, пока всё желание сопротивляться не покинуло мои конечности, пока я не начала прикасаться к нему в ответ.

Он начал стягивать рубашку с моего тела, но я остановила его, стиснув его ладонь и осмотревшись по сторонам, пока я пыталась убрать от него свой свет, пыталась думать.

Я уставилась на его лицо, не в состоянии отвернуться. Свет в моих глазах сделался бледно-зелёным, и я ощутила, как мою грудь сдавило.

— Мы не можем, — сказала я, стараясь обрести решительность. — Не здесь. Они захватят тебя, Ревик. Они не станут слушать меня, только не в этом вопросе.

— Тогда идём со мной, — мягко сказал он. — Пожалуйста.

— Куда?

Он снова улыбнулся, и я увидела идеальные образы в его голове.

Я вновь стояла там с ним, глядя, как желтеющее поле становилось красным в свете садящегося солнца. Вдалеке на горизонте облака над зазубренными вершинами гор окрашивались золотым. Я похлопывала лошадь с белой мордой, тогда как он показывал в сторону домика, который устроился в долине под горами. В маленьком холодильнике, работавшем от солнца и ветра, гнила еда, лошади на ночь сбивались под деревьями, разбитое стекло, еда и полотенца покрывались плесенью на полу.

Меня пронзила такая интенсивная боль, что он стиснул меня, целуя в шею, затем в губы, издавая низкий звук и лаская лицо.

Я так сильно соскучилась по нему, что как можно крепче обхватила его руками, пытаясь привлечь поближе к себе, словно вдохнуть его.

— Ш-ш-ш-ш, — пробормотал он. — Всё хорошо, — сказал он. — Мы всё наладим, Элли. Я могу достать нам еды. Я могу позвонить наперёд. Теперь у меня есть люди, которые мне помогают.

Но слишком много реальности.

Образ разлетелся на куски.

Я кивнула, прижимаясь к его груди и заставляя себя улыбнуться.

— Что насчёт лошадей? — спросила я, вытирая глаза и снова улыбаясь ему.

— Мы заведём их внутрь, — сказал он, улыбаясь в ответ. — Они нас согреют, Элли. Можем ездить на них до туалета.

Я беспомощно посмотрела на него.

— Ревик…

— Идём со мной, — умолял он. — Пожалуйста. Любимая… пожалуйста.

Посмотрев на него, я знала, что не могу ему отказать.

Но я также знала, что Вэш прав.

Кем бы он ни был, мужчина передо мной был на самом деле не Ревиком.

Как раз когда я об этом подумала, внутри конструкции сработала тревога. Я почувствовала это, когда Ревик вскинул взгляд вверх, и я увидела, как в его глаза возвращается хищный блеск. Те тёмные части сместились над его головой, пальцы крепче сжались на моём теле.

— Я вернусь за тобой, Элли, — сказал он. Он поцеловал меня, и я чувствовала в его губах обещание. — Я вернусь.

Помедлив буквально на долю секунды, он посмотрел на меня, и та мягкость вернулась на его лицо. Он приласкал мою щёку, и на его глаза вновь навернулись слёзы.

— Я люблю тебя, жена, — прошептал он, вновь целуя меня. — Я обожаю тебя. Я совершенно обожаю тебя. Жди меня, Элли… пожалуйста.

Не успела я сформулировать слова, как он уже ушёл.

Я всё ещё стояла там, мой разум онемел и словно развалился на куски, когда ко мне подбежал Балидор. Я уставилась на пистолет в его руке, не видя его — затем не осознавая, что это такое. Его серые как сталь глаза смотрели сердито, почти зловеще, пока он не взглянул мне в глаза.

Он стиснул мою руку.

— Элисон, — он бережно тряхнул меня. — Элли. Ты в порядке? Он не навредил тебе?

Я не могла ответить.

Я стояла там, прислоняясь к стене и стараясь дышать, пока Балидор всматривался в моё лицо.

Лишь одна мысль повторялась в моей голове, по замкнутому кругу, который я не могла разорвать и даже осмыслить.

Вэш прав, подумала я. Он был прав.

Мой муж мёртв.

Ревик действительно мёртв.