Читаем Щит полностью

Его взгляд метнулся обратно ко мне, и там виднелась некая сосредоточенность. В ней я видела эмоциональную реакцию, которую не совсем могла истолковать — настолько интенсивную реакцию, что я невольно помедлила. Моё раздражение стихло, и я лишь продолжала смотреть на него.

Ревику некомфортно вести этот разговор, осознала я. Он чертовски нервничал, не только из-за своих чувств, но и из-за того, как я могла отреагировать. Он говорил серьёзно, предлагая не заниматься сексом. Он действительно чувствовал, что так для нас будет правильно, и теперь он волновался, что я не соглашусь — или хуже того, обижусь.

Тогда до меня дошло, что я делала. Я спорила с ним, когда он сказал, что не хочет секса.

Я почувствовала, как моё лицо заливает жаром.

— Прости, — я покачала головой, отводя взгляд. — Ревик, прости меня. Конечно, меня это полностью устраивает, — засунув руки в карманы, я посмотрела в окно, где из-за облаков выглянуло солнышко. — Эй, как ты смотришь на то, чтобы прогуляться? Может, нам стоит достать тебе еды. Мы могли бы поговорить по дороге.

Ревик покачал головой. В его голосе и лице проступило неприкрытое раздражение.

— Элли… боги. Как бы мне хотелось просто…

Я сглотнула и ждала, когда он снова умолк.

Какое-то время Ревик просто сидел там, обхватив голову руками. Когда он заговорил в следующий раз, в его голос вернулось спокойствие.

— Я не сержусь из-за твоих вопросов, — сказал он. — Я просто не знаю, как сказать, чтобы ты поняла, — подняв взгляд, он вздохнул при виде выражения моего лица, затем посмотрел обратно на кровать. — Секс сделает нас женатыми — в таком плане, в котором мы не женаты сейчас. Поэтому я колебался ранее, на корабле, — откинувшись назад, он добавил: — Когда мы займёмся сексом, это изменит положение вещей. Ты понимаешь? Это скорее всего на какое-то время выбьет нас обоих из колеи.

— Из колеи, — я настороженно всматривалась в его лицо. — В каком смысле — выбьет из колеи?

Ревик сделал неопределённый жест одной рукой.

— Часть из этого будет временной. Боль разделения… та боль, которую мы ощущаем, когда находимся рядом… на какое-то время она усилится. Все может стать намного хуже. Я не знаю, как долго это будет продолжаться.

— Ладно, — я сглотнула, кивнув. — Это первое. Что ещё?

Казалось, Ревику было неловко.

— Если мы завершим процесс бракосочетания, продолжительность наших жизней, скорее всего, будет зависеть друг от друга, — увидев мой, должно быть, озадаченный взгляд, он сказал: — Когда я умру, умрёшь и ты. И наоборот.

— О, — подумав об этом, я медленно кивнула. Логично, учитывая, что я знала о видящих. — Ладно. Что ещё?

Выдохнув, Ревик покосился в окно, щёлкнув языком.

— Естественно, ты относишься к этому легкомысленно, — однако его голос звучал спокойнее, словно он немного расслабился. Ревик снова посмотрел на меня. — Ладно, есть ещё кое-что. Я никогда прежде не был женат на видящей, но судя по тому, что мне известно, скорее всего, это сделает нас иррациональными.

Увидев изгиб моих губ, Ревик перебил меня.

— …Более иррациональными, Элли. Пока связь не будет завершена, собственничество станет ещё хуже. Нам придётся быть осторожными друг с другом. Очень осторожными, — он оценивал мой взгляд. — Мне нужно услышать от тебя кое-что по этому поводу.

Я кивнула, скрещивая руки на груди.

— Ладно.

Ревик сделал очередной вдох.

— Я хочу заключить соглашение, — сказал он. — Официальное соглашение. Относительно других людей, — должно быть, он прочёл часть моих мыслей, потому что когда я вновь посмотрела на него, в его глазах светилось неприкрытое изумление. — Соглашение, полностью противоположное тому, о чем ты думаешь. Это верность. Я не буду комментировать мысли «может, это не для меня» относительно того, что я только что услышал.

— Но разве брак не подразумевает верность? — спросила я. — Для видящих, имею в виду?

— Подразумевает. Но тебя воспитывали не как видящую, — в его глазах промелькнула тень. — Для нас важен не только физический аспект.

— Ладно, — подтолкнула я, взмахом руки побуждая его продолжать. — Ну. Объясни это.

Его взгляд ожесточился. На мгновение его акцент усилился.

— То есть, если мы сделаем это… этот пробный период… я бы хотел попросить тебя о моногамии.

Я озадаченно прикусила губу.

Я не была ни с кем после бармена Ника в Сан-Франциско… а это случилось так давно, что я не собиралась признаваться вслух, сколько времени прошло с тех пор. Тем более я не собиралась признаваться Ревику. Кроме того, он же должен знать об этом. Не похоже, чтобы я могла скрыть такое от него. Он действительно хотел заставить меня обсуждать эту тему?

— Это не проблема, Ревик, — сказала я.

Он поднял на меня взгляд.

— Я имею в виду моногамию по меркам видящих, Элли.

Я убрала волосы со своих глаз, снова выдыхая.

— Ревик. Пожалуйста. Выкладывай все как есть. Ты хочешь что-то сказать. Ну так просто скажи это.

Он кивнул.