Читаем Шараф-наме. Том I полностью

После него осталось два сына: Увайс-бек и Валад-бек — и три брата: Рустам-бек, Кубад-бек и Мухаммад-бек. Округ Мушского Авхакана на правах эмирата принадлежал Рустам-беку, и [он] вместе с группою людей [племени] лазуки погиб в битве с правителем Бидлиса эмиром Шарафом и аширатом рузаки при Авхакане, что будет подробно /330/ описано ниже в разделе, посвященном эмиру Шарафу. После его брата по имени Кубад-бек детей мужского пола не осталось. У [другого] его брата Мухаммада был один сын по имени Аслан-бек, во времена шаха Тахмасба [он] был принят в ряды великих кур-чиев.

Увайс-бек б. Халид-бек

После убийства его отца он оставил Рум[943] и прибыл на службу к шаху Тахмасбу. Шах Тахмасб пожаловал ему эмират Адилжеваза. Когда таким образом прошло три года, на него напал правитель Тебриза Муса-султан, побуждаемый ссорой, которую тот с ним затеял. [Увайс-бек] бежал в Рум и поселился в Кайфи. Когда это известие достигло славного, слуха султана Сулайман-хана, вышел непререкаемый, как судьба, фирман [на имя] Дарзи-Давуда убить его вместе с сыновьями и людьми его свиты, а головы их отослать к порогу прибежища счастья. Следуя приказу, Дарзи-Давуд убил в Кайфи Увайс-бека вместе с его братом Валад-беком и сыновьями Халид-беком и Алванд-беком. [В живых] остались два его малолетних сына: Килидж-бек и Зулфикар, которые прибегли к защите правителя Атака Ахмад-бека зраки. Ахмад-бек укрыл их под сенью своего покровительства, доложил об их положении у высокого порога средоточия царства и определил им содержание. По достижении совершеннолетия и рассудительности они бежали вместе с близкими и родственниками на службу к шаху Тахмасбу.

Килидж-бек б. Увайс-бек

Когда он прибыл [ко двору] шаха Тахмасба, ему был дарован район Загам[944], относящийся к Арранской Гандже, и звание эмира [племени] пазуки. После девяти лет правления /331/ он умер во время возвращения шахского знамени из похода на Грузию, и после него остался малолетний сын по имени Увайс-бек.

Зулфикар б. Увайс-бек

Ему после смерти его брата было передано звание эмира [племени] пазуки, и шах Тахмасб возымел к нему благосклонность и расположение. Но жизнь его оказалась краткою, как цветение розы и тюльпана, и вскоре ураган смерти осыпал листья с дерева его жизни во прах неудачи. Стихотворение:

Лучше, когда желание исполняется поздно,Ибо его исполнение означает, что жизнь подошла к концу.Рубин не быстро образуется, но живет долго,Тюльпан расцветает быстро и быстро увядает.

Поскольку у него не было детей мужского пола, должность эмира пазуки была передана его племяннику Увайс-беку, а Иадгар-бек был поставлен его опекуном. Но мать Увайс-бека, опасаясь, как бы Иадгар-бек не покусился на жизнь ее сына, покинула эмират и вместе со своим сыном прибыла в Казвин ко двору Тахмасба.

Йадгар-бек б. Мансур б. Зайнал б. Шукр б. Хусайн 'Али-бек

Когда мать Увайс-бека увезла своего сына из эмирата Пазуки, те районы вместе с областью Алашкерта были пожалованы Иадгар-беку на основании государева указа и с одобрения [племенной] знати. Как человек по природе благочестивый, с нравом каландара[945], большую часть времени проводил он в обществе людей набожных и свободных от [мирских] уз. Но делам шариата он не уделял большого внимания и по этой причине стал отверженным в глазах прозорливых.

И поистине был он мужем храбрым и мужественным, во времена его ашират пазуки стал богатым и состоятельным, и при /332/ нем собралось около двух тысяч семей из курдских племен. Села и деревни Алашкерта он заселил и благоустроил, и все возжелали примкнуть к [племени] пазуки. Когда миновало пятнадцать лет его правления, он отбыл в мир иной.

Нийаз-бек б. Йадгар-бек

После смерти отца на основании указа шаха Тахмасба ему была дарована должность эмира [племени] пазуки и Алашкерта. В отступлении от [истинной веры] он следовал обычаю отца и даже во много раз превзошел его. Воспользовавшись клеветой и наговорами, эмиры и правители пограничных с Румом [областей] отправили шаху Тахмасбу послание, в котором намекали, что если образ действий и поведения кызылбашей таков, как у племен пазуки, хнуслу, чемишгезек и других, то не подобает их именовать мусульманами.

Шах Тахмасб сместил Максуд-бека хнуслу и остальных эмиров тех пределов и, перебив целую группу (людей племени] хнуслу, заточил Максуд-бека в крепости Аламут. Нийаз-бека он [тоже] сместил с поста эмира и пожаловал звание эмира Увайс-беку по прозванию Килидж-бек.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги