Читаем Шараф-наме. Том I полностью

После кончины отца должность его была пожалована [Вали-беку]. И без преувеличения [можно сказать], это человек, превосходящий всех [своей] доблестью и мужеством и достойный высокого сана эмира и правителя. Ныне, в 1005 (1596-97) году, ему на правах оджака принадлежат округа Котур-дараси и Абгай[899]. /314/ Его брату Килидж-беку во время завоевания Нахчевана на правах санджака была, пожалована область. Аваджик[900], и поныне он является полновластным ее владетелем.

Хаджжи-бек б. Хаджжа-бек

Ему было два месяца от рождения, когда убили его отца. Его назвали именем отца и в соответствии с обычаем курдов: шах Тахмасб определил ему из казны содержание. По достижении им возраста зрелости и разумения [государь] включил его в ряды славных курчиев, а во время мятежа Султан Байазида пожаловал ему на правах эмирата округ Абага. Под его знаменем собралась часть племени думбули, и около двадцати лет вершил он дела правления. После смерти шаха Исма'ила второго во времена шаха Султан Мухаммада, когда сардар Мустафа-паша спустился вниз по берегу реки Канук[901], и Амир-хан неожиданно ночью обрушился на мусульманское войско, — в том сражении Хаджжи-бек вместе с несколькими кызылбашскими эмирами утонул в пучине смерти, [поглощенный] водами Куры.

И в настоящее время Сокманабад, двором султана — прибежища всепрощения — пожалованный Назар-беку и потомкам Хаджжи-бека во времена [их] повиновения султану, принадлежит потомкам Хаджжи-бека. И его старшего сына тоже звали Хаджжи-беком.

Султан 'Али-бек б. Джамшид-бек б. Бахлул-бек

Когда шах Тахмасб, утратив расположение к племени думбули, пожаловал приказ на истребление того народа, Султан 'Али-бек входил в число великих государевых курчиев. Ему было поручено получить поземельную подать с Исфахана. Когда из следуемых для сбора сумм он получал сто туманов, стало известно о казни [его] братьев, братьев [его] отца и [людей] племени думбули.

/315/ [Султан 'Али-бек] бежал в Ван, захватив с собой и сто туманов. Некоторое время он тайно проживал среди аширата думбули. Как только шах Тахмасб смилостивился над племенем думбули и положил его проступки в нишу забвения, Султан 'Али-бек направился к шахскому двору, захватив сумму в сто туманов. Он засвидетельствовал свою искреннюю преданность и верность, был отмечен государевыми милостями и монаршими щедротами и, как прежде, включен, в число великих курчиев.

Когда шаху Султан Мухаммаду стало известно о смерти Хаджжи-бека, он передал пост эмира [племени] думбули Султан 'Али-беку и пожаловал ему округ Сулейман-сарай[902] и половину округа Абакай, соединив их воедино. Спустя несколько лет, в продолжение которых он оставался эмиром, он проживал в Шаруре[903] в бедности, поскольку упомянутые округа в результате смут пришли в запустение и не приносили никакого дохода. Ежегодно из податных обложений Дерейе Алкис[904] и Шарура, относящихся к Нахчевану, он получал некоторую сумму, назначенную ему для проживания. Там [в Шаруре] в назначенный судьбою срок он отбыл в потусторонний мир, и после него осталось три сына: Назар-бек, Килидж-бек и Хусайн-бек.

Назар-бек б. Султан 'Али

После смерти отца диваном шаха Султан Мухаммада должность эмира [племени] думбули была передана ему. Когда Ереван перешел в завоевательную десницу руководителей державы рода 'Усмана и везир Синан-паша был назначен на охранение тех районов, Назар-бек с несколькими кызылбашскими эмирами из племен румлу[905], албаут[906], чемишгезек и саадлу[907], что издавна проживали в Чохур-Сааде, облачился в одеяние паломника к османскому небесноподобному двору. Благодаря посредничеству Синан-паши Джигал-оглы /316/ в Эрзеруме он удостоился служения сардару Фархад-паше. Как и прежде, [в знак] высокого государева расположения Назар-беку и его брату Килидж-беку были пожалованы области Чалдыран, Сулейман-сарай и Сокманабад.

Поскольку [уже] в продолжение некоторого времени [сначала] диваном шаха Тахмасба, а впоследствии на основании ярлыка покойного султана Сокманабад был присоединен к санджаку Баргири и пребывал во владетельной деснице Мансур-бека махмуди на правах икта'-тамлики, [он] не спешил передавать ту область Назар-беку. На основании всемилостивейшего указания султана сардаром Фархад-пашой была подписана новая грамота [на правление]. Тогда Назар-бек, изъявив покорность государеву порогу, договорившись с Силан-пашой относительно владения областью Сокманабада, что с давних времен была наследственным оджаком племени думбули, имея на то исполненный категоричности августейший указ, решил силой завладеть Сокманабадом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги