Читаем Сердца во тьме полностью

Когда Каден отступил и начал оказывать меньшее давление на ее губы во время поцелуя, Макенна воспользовалась возможностью, чтобы проявить инициативу в этот раз. Она схватила его за затылок и потянула к себе, после чего поцеловала его и засосала нижнюю губу. Она ахнула, когда почувствовала что-то металлическое на его губе. Макенна была так взволнована от неожиданности этого, что застонала и облизала эту вещь. Его ответный стон отразился чуть ниже ее живота. Его губы скривились в быструю ехидную улыбку, пока она уделяла особое внимание на то, что она наконец-то поняла, являлось пирсингом.

Еще более загадочным стал Каден Грейсон после этого. Татуировка. Пирсинг. Короткая стрижка. Он, вероятно, выглядит грубо внешне. Но он также огромный, милый, внимательный, иногда уязвимый простак внутри. И она хотела узнать обе эти стороны намного лучше.

Невозможно определить сколько времени они целовались во тьме – время, казалось, потеряло всякий смысл. Но у Макенны перехватило дыхание, она нуждалась в большем и уже стала влажной к тому времени, когда он прокладывал поцелуи и слегка покусывал вдоль ее линии челюсти к уху и затем обратно к шее. Его незначительная щетина послала жар по коже, когда Каден касался ее. Она обвила его ногами, нуждаясь ощутить большую близость с ним. Стон, который он издал, когда она резко перекинула колено через его бедро, заставил ее застонать и закачать бедрами в такт его.

Он придвинулся ближе и скользнул коленом между ее ног, не давая ей извиваться, как она делала прежде. Не то, чтобы она действительно не заметила, что Каден посасывал маленький алмазный гвоздик, находящийся в ее мочке уха, в то время как его правая рука блуждала по ее телу и обосновалась на бедре, обернутом вокруг него.

- О, Боже, Каден.

Его щеки растянулись в ухмылку, прижимаясь к ее коже. Она не возражала, когда он облизывал, целовал и посасывал ее шею. Макенна наклонила голову в сторону, чтобы открыть ему лучший доступ и обхватила его руками, чтобы проявить ласку к его шее и голове.

Именно тогда она почувствовала его. Пальцами левой руки отчетливо прослеживалось то, что могло являться только шрамом на голове. Она колебалась меньше секунды, но Каден ощутил это и слегка отстранился.

- Я расскажу тебе об этом, - прошептал он напротив ее шеи. - Обещаю.

Она сделала глубокий вдох, чтобы ответить, как вдруг лифт тряхнуло, и свет вспыхнул в небольшом пространстве.

Макенна взвизгнула и закрыла глаза. Каден пробормотал проклятья и зарылся лицом в сгиб ее шеи. После нескольких часов тьмы, свет стал болезненным, ослепляя глаза.

Макенна была разочарована от того в какой момент появился свет, избавляя их от тьмы. Она также боялась того, что произойдет с ней и Каденом теперь, когда они видят друг друга.

Но затем лифт содрогнулся. И они вновь погрузились во тьму.

Они снова оба застонали и обвились вокруг друг друга, пытаясь приспособиться к стробоскопическому эффекту, который свет вызвал у их глаз. Макенна испытала чувство от ослепления до видения циркулирующего калейдоскопа дезориентации красных и желтых пятен.

- Дерьмо, - пробурчал Каден.

Макенна перестала волноваться о своих напряженных глазах и снова обратила на него внимание. Она сразу же поняла, что его тело неподвижно над ней. О нет.

- Каден?

Его единственным ответом стал тихий гортанный сдавленный стон и левая рука, сжимающая чуть крепче ее плечо.

Макенна поняла, что это плохой знак. Хотя она и знала этого человека всего несколько часов. Хотя никогда и не видела его. Но Макенна знала его. И она осознавала, что он нуждается в ней.

- Эй, эй, - она ворковала с ним, пока гладила его волосы. - Все хорошо.

Он нисколько не расслаблялся, но она ощутила, что он слушал ее или хотя бы пытался.

- Я здесь. И у нас все в порядке. У нас все будет хорошо. Ты не один, – в этот раз Макенна добавила и про себя. Она мысленно проклинала это дразнящее временное возвращение электричества, потому что все это предполагает самое явное напоминание о том, что Каден всю ночь заперт в маленьком, черном как смоль металлическом ящике. Макенна заметила, что она в ярости от сложившейся ситуации для Кадена. Пока она продолжала поглаживать его и шептать все подбадривания приходящие ей на ум, мысленно Макенна прокляла изобретателя лифта, электроэнергетической компании и генератора света. И пока она находилась тут, то нашла также и несколько язвительных слов для Томаса Эдисона, потому что, ну, Каден не был бы загнан в ловушку в крошечном электрическом подъемнике, если бы старый добрый Том не взял бы себя в руки и не нашел бы способ применить электрическую теорию. Она также не была слишком довольна и Беном Франклином, и этим проклятым подъемным щитком.

Плечи Кадена наконец-то расслабились. Он вздрогнул и вдохнул. Макенна выдохнула с облегчением, до этого она не понимала, что почти не дышала.

- Я с тобой, Добрый Сам, - сказала она с улыбкой облегчения.

Он слегка кивнул, но, тем не менее, она почувствовала это.