Читаем Семь сирен полностью

— Скорее, она сама раскрылась, — рассудил я. — Все указывало на нее, и я не мог этого не увидеть, если как следует поразмыслить. Одно меня беспокоит — у нее нет реальных мотивов для второго и третьего убийств. Я заставил мистера Брэдстоуна пообещать ей малую толику состояния, если она согласится не оспаривать завещание ни до, ни после его смерти. Несомненно, ей хотелось денег — но подвергать себя риску, продолжая серию убийств только лишь из мстительности?!

— Возможно, Джойс считала себя неуязвимой именно потому, что вы сочли бы, что у нее нет мотивов, — предположила Филиппа.

— Теперь, когда мы установили виновных, мистер Робертс, что вы предлагаете делать с пленниками? — спросил Лофтинг.

— Только без грубостей! — взвизгнул Корнелиус. — Я сдаюсь добровольно.

— Свинья! — завопила Джойс, оборачиваясь к нему. Она бросилась вперед, пытаясь ногтями достать его лицо. Парень отразил нападение, оттолкнув ее от себя.

Лофтинг сделал быстрое движение, крепко обхватив обе руки Джойс, и держал ее так, что она не могла пошевелиться.

— Их надо запереть в их комнате, — предложил я. — Нельзя ли закрыть ставни на окнах снаружи?

— Да, конечно, у нас на случай непогоды имеются ставни.

— Дорогая, — выдохнул Корнелиус. — Я так прекрасно провел тут время.

Когда их заперли, я решил, что настала пора пропустить еще стаканчик. Вернувшись в гостиную, я застал там Аманду, которая сидела, тупо уставившись в камин. Я присел рядом с ней на ручку кресла и уставился на золу, как и она.

— Не разжечь ли камин? — спросил я от нечего делать.

— Не холодно, — ответила она. Мысли ее витали где-то далеко. Несколько минут спустя Аманда продолжила сонным голосом:

— Я кое о чем размышляла, Рэнди.

— И о чем же?

— Все это представление, после того как мы вернулись из подвала, — сперва ссора между Джойс и Корнелиусом, потом ваши замечательные выводы и, наконец, вопли Джойс, когда она бросилась в драку, — продолжалось довольно долго, и шума было много. Наверняка, если еще кое-кто находился в доме, наш скандал привлек его любопытство.

— Наверняка, — кивнул я. — Через минуту я собираюсь перемолвиться словечком с Брэдстоуном. Дать ему знать о том, что происходит. Но не думаю, что он спустился бы из своей комнаты, даже если бы в прихожей началась перестрелка. Он слишком болен, и в любом случае, какой от него прок?

— Я не имела в виду Брэдстоуна.

— Неужели?

— Я думала, где сейчас Робин?

Глава 11

— О, Рэнди! — всхлипнула Аманда. — Ты думаешь, что он сперва занялся с ней любовью? — Она прижалась ко мне, крепко вцепившись ногтями в мое плечо.

Омерзительно умереть так — обнаженной и распростертой на вылинявшем покрывале в позе ожидания мужчины.

Однако я не счел, что с ней кто-то занимался любовью. Все произошло быстро, когда Робин спала или расслабилась отдыхая, — кухонный нож насквозь пронзил ее сердце. Крови оказалось не много, хотя рана была довольно большой. У мертвых не бывает кровотечения.

Аманда больше не взглянула на мертвое тело, да и меня не увлекало это печальное зрелище, поэтому я медленно и осторожно подтолкнул ее к двери.

Когда мы оказались в гостиной, девушка стала потихоньку приходить в себя. Я налил ей двойной бурбон, а себе — нет. Хотя ум старика Робертса использует спиртное в качестве горючего, я решил, что с него достаточно, чтобы выдержать перекрестный допрос свидетелей.

— Я пойду повидаться с Брэдстоуном, а потом снова соберу всех здесь, — предупредил я Аманду, когда она отхлебывала из стакана, крепко держа его двумя руками.

— Не оставляй меня одну, Рэнди, — взмолилась она.

— С тобой все будет в порядке. Ничего не случится, пока Корнелиус сидит под замком. — Я улыбнулся ей, изо всех сил стараясь выглядеть уверенно, но, похоже, это не слишком-то приободрило ее, что неудивительно, поскольку в глубине души я и сам не испытывал оптимизма.

Сначала я заглянул в пустой кабинет, потом отправился на поиски Лофтинга. На верхней площадке лестницы я наткнулся на Ивонн, спускавшуюся вниз. Она переоделась: фривольное мини-платье с низким вырезом никоим образом не скрывало ее прелестей. Я не мог удержаться, чтобы не вообразить себе те самые трусики-бикини без ластовицы; для того чтобы убедиться, надеты ли они на ней или нет, мне пришлось бы спуститься на ступеньку ниже. При этой мысли у меня подкосились ноги, но я не двинулся с места.

— Посмотрите, что я нашла, — гордо улыбаясь, она протянула правую руку, в которой держала помятый ярко-розовый кашемировый свитер.

— Он без рукава? — задал я совершенно излишний вопрос.

Ивонн кивнула с чрезвычайно довольным видом.

— Я только что видела, как Джойс пыталась от него избавиться.

— Она же заперта в своей комнате! — изумился я. — По крайней мере, ей следует быть запертой.