Читаем Семь сирен полностью

— Андреа, — закончил я за нее. Кому-то ведь нужно было выговорить это имя, поскольку Ивонн этого явно не могла.

— Так это она… Вы серьезно насчет еще одного убийства?

Я кивнул.

— Пойдемте. Если все находятся в гостиной, мы покончим с печальными подробностями и немного поспим этой ночью.

— Разве мы сможем кого-то арестовать или задержать? — прошептала Аманда из-за моей спины. — У нас даже нет возможности вызвать полицию.

— Предоставьте это мне и Лофтингу, — доверительно сказал я, бросив взгляд на великана, стоявшего позади.

— Арестовать кого? — спросила Ивонн, когда я развернул ее и поспешил за ней вверх по лестнице. Мне бы доставило удовольствие потрогать ее округлую попку, когда она поднималась по ступеням, если бы я так яростно не размышлял именно над этим вопросом.

— Давайте выпьем, — весело предложил я, вводя свою маленькую компанию в гостиную. — Нам это нужно.

«Особенно мне», — подумал я, держа путь к шкафчику для ликеров. Корнелиус посмотрел на меня и быстро отвернулся. Джойс продолжала болтать.

Я приготовил напитки для Ивонн и Аманды и свежую порцию для Филиппы, которая угрюмо сидела в полном одиночестве у камина. Лофтинг пить отказался. Колдуя над коктейлями, я украдкой махнул мерный стаканчик бурбона, а потом сделал себе двойной со льдом.

Я стоял, пристально разглядывая Джойс и Корнелиуса. Через несколько секунд все постепенно замолкли и стали наблюдать за этой парочкой, прислушиваясь к их ссоре.

— Даже и не пытайся убедить меня, что ты не крутил шашни ни с одной из этих девчонок за моей спиной! — брызгала слюной Джойс.

— Джойс, ради Бога, — нервно шептал Корнелиус, успокаивая ее. — Какое это имеет значение? Ты же знаешь о моих чувствах к тебе. Наши отношения…

— …закончатся, если ты не начнешь сдерживать свои желания залезть в трусики каждой молоденькой потаскушке, глупой настолько, чтобы поверить, что это красивое тело знает, как заниматься любовью.

— Раньше ты никогда не жаловалась!

— Не хотела наносить удар твоему нежному самолюбию. Но не забывай, я научила тебя всему, за исключением жизнестойкости. Без меня занятия любовью с тобой напоминали бы обыкновенную случку.

— То, чему ты меня «научила», я узнал еще в средней школе, — прошипел Корнелиус нарочито спокойно, растягивая слова, стараясь не сорваться и не выдать своего растущего гнева. — Но то, как ты ко мне подкатилась, изображая из себя все познавшую опытную львицу, заставило меня принять решение притворяться наивным.

Джойс резко вскрикнула и залепила ему пощечину.

— Определенно вы можете быть сильнее, миссис Джонсон, — непринужденно заметил я. — И доказательство тому — шишка у меня на голове.

Она резко повернулась ко мне.

— О чем это вы? Я вас пальцем не трогала, но если вы сунете свой нос в мои дела, я вас убью!

— Похоже, ты с луны свалился и позабыл о том, что произошло, — ухмыльнулся Корнелиус. — Кто станет напрягаться и бить такого бездельника?

— А как насчет того парня, что убил девушку по имени Андреа, которая почему-то сейчас подвешена в подвале?

За своей спиной я услышал не слишком сочувственное бормотание Филиппы:

— В итоге остались четверо…

— Если бы я ударил тебя, — презрительно вымолвил Корнелиус, — ты бы не поднялся через два часа.

— Откуда вам известно, что это произошло два часа назад? — спросил я, уцепившись за его оговорку. Какой адвокат упустил бы такой случай!

Корнелиус заткнулся, только изумленно посмотрел на меня, что само по себе явилось ответом.

— О’кей, — согласился я. — Это не вы меня ударили. Вы были слишком заняты тем, что пытались убрать тело Андреа, и, пока я подсматривал за вами, ваша подружка подкралась ко мне сзади.

— Корнелиус! — У Джойс перехватило дыхание. — Он что, обвиняет тебя в убийстве?!

— Он обвиняет нас обоих, тупая твоя башка!

— Зачем мне кого-то убивать? Как вы смеете говорить подобное! — Джойс уперлась в меня испепеляющим взглядом.

— Последовательность событий не оставляет никаких сомнений, — настаивал я, прихлебывая спиртное. — Вы приехали, решительно настроившись отомстить вашему братцу за отказ завещать вам часть своего состояния. Вы угрожали, что ни одна из девушек не получит и пенни. Нетрудно заметить, какой жестокой вы способны стать, когда чувствуете, что вас дурачат, — именно в таком состоянии вы находитесь сейчас. Итак, вы настолько ненавидите любого, кто мог бы унаследовать деньги вместо вас, что решились-таки на убийство. Когда вы бросили вашего брата, Лофтинга и меня в столовой, объявив, что намерены остаться, вы, должно быть, увидели Райму в коридоре наверху и проследили, как она вошла в мою комнату. Именно в тот момент вы созрели для действий. Не откладывая расправу в долгий ящик, спустились вниз, отыскали нож, проскользнули в мою комнату и добрались до девушки. Она думала, что пришел я, — поэтому вы преспокойненько ее убили.