Читаем Секлетея полностью

В 1964 году Виталий окончил школу с золотой медалью и поступил на биологический факультет Ленинградского университета. По приглашению Глафиры Фирсовны он поселился у нее на Большой Морской улице в доме 63.

Глафира Фирсовна оказалась пробивной и настырной старухой: она пошла в жилконтору и потребовала, чтобы Виталия официально к ней прописали. Управдом128 говорил ей, что не положено, что Виталий ей не родственник, но старуха стояла на своем:

– Мил человек, посмотри в свою домовую книгу, ведь мальчик здесь раньше жил, до смерти матери, как раз в моей комнате.

– Ну и что, что жил раньше. Ему от детского дома должны дать жилье, как это у нас положено.

– Так он из этой квартиры попал в детский дом, нечто мы не советские люди, нечто мы не должны помогать сироте, – не унималась Глафира Фирсовна. – Я ведь совсем одна, мои в блокаду все умерли. Сколько мне еще осталось, а мальчику еще жить и жить. Помоги ему, мил человек.

И управдом сдался. Он сам помог собрать все необходимые справки и пошел в милицию прописывать Виталия. Начальник паспортного стола долго думал, как ему поступить, ведь по правилам прописывать таких граждан, как Виталий, было не положено. Но управдом предложил ему прописать Виталия к бабушке, и начальник паспортного стола оформил прописку.

Глафира Фирсовна расцвела и похорошела. Она говорила соседям, что к ней из Калинина приехал внук и что они теперь будут жить вместе. Она достала из шкафа свои театральные платья, постирала их и заштопала, нашила белых воротничков и стала выглядеть как состарившаяся благородная петербургская дама. На антресолях пылилась старая ширма, которую Глафира Фирсовна решила использовать как комнатную перегородку. Под ее руководством Виталий отремонтировал замки створок и вставил новые стекла с рифленым узором. Ее подруга принесла из театра старый бархатный занавес, который они отчистили нашатырным спиртом, отгладили, немного укоротили и повесили в комнате вместо занавесок. А из остатков занавеса они сшили скатерть на круглый дубовый стол.

Виталий хотел найти что-то из мебели, принадлежавшей ранее его семье. Он расспрашивал соседей по коммуналке129 и по подъезду и, наконец, нашел семейный старинный буфет у соседки по лестничной клетке. Он стал ее обхаживать и предлагать ей поменять этот старый буфет на новый, заграничный. Он выкроил из своих накоплений 200 рублей, что по тем временам было огромной суммой, и купил соседке модный румынский сервант. Соседка была счастлива, а Виталий перетащил буфет в комнату Глафиры Фирсовны и установил его на почетном месте у окна. Позже Виталий обнаружил, что буфет был с секретом: из-под ниши выдвигалась доска, которая раньше использовалась как сервировочный столик. Он стал использовать ее как письменный стол, на котором полюбил заниматься, потому что рядом было окно и липа с птенчиками, как в детстве.

Когда Виталий обустроился и наладил свою университетскую жизнь, он решил продолжить поиски родных. «Нужно еще раз пойти в жилконтору и выжать все, что можно из архивной домовой книги», – думал Виталий. Его настойчивые поиски вновь дали результат: он нашел запись о том, что Красицкий Виталий Иванович – его дед – въехал в квартиру по купчей130 в 1918 году и был выписан в 1938 году в связи со смертью. «Да, это очень важная информация, – думал Виталий. – Если мой дед умер до войны, то где-то должна быть его могила. Нужно искать ее и документы о смерти деда».

В субботу он поехал в центральный архив органов ЗАГС Ленинграда с просьбой найти запись о смерти деда. Сотрудница сказала, чтобы он написал заявление, и добавила: «Имейте в виду, что многие довоенные документы были утрачены во время блокады. Сделаем для вас, что сможем, но не обещаем. Зайдите к нам через три недели».

Когда Виталий вновь приехал в архив, там была уже другая сотрудница, которая выдала ему документ об отсутствии актовой записи. Виталий был настойчив, рассказал девушке свою историю, и она объяснила, что еще можно сделать:

– Органы ЗАГС составляют актовую запись в двух экземплярах. Один хранится у нас, а второй – в органе ЗАГС по месту регистрации. В городе 18 ЗАГСов, вам нужно объехать их все, чтобы найти запись о смерти вашего деда.

– Он жил в центре города – на Большой Морской улице. Может быть, искать в центральных ЗАГСах? – спросил Виталий.

– Конечно, начните с них. Но хочу вас предупредить о том, что блокадные архивы еще не разобраны и книга с записью может оказаться в любом отделе ЗАГС. Ищите сначала по алфавитным книгам и на их основании найдете саму запись.

Виталий искал целый год. Все свободные от занятий субботы он проводил в отделах ЗАГС Ленинграда. Наконец, в алфавитной книге Смольнинского отдела ЗАГС он нашел упоминание о своем деде, но актовой книги, на которую ссылалась строка в алфавитной книге, в отделе ЗАГС не нашли. Увидев, как он расстроен, сотрудница ЗАГСа сказала: «Часть нашего архива была эвакуирована в Тихвин. У вас есть номер книги и актовой записи, напишите им письмо. Может быть, они найдут».