Интересно, что сама по себе идея о том, что Тунгусский метеорит — это “шаровая молния или даже целая серия их”, была впервые опубликована в газете “Сибирь” в июле 1908 года! Это предположение было известно исследователям Тунгусского феномена, но только через 75 лет оно вдруг привлекло к себе внимание и стало восприниматься как одна из научных гипотез.

Процессы и явления, которые изучают науки о Вселенной, намного превышают продолжительность человеческой жизни. Соревнование гипотез о природе такого редкого явления, как Тунгусская катастрофа, вероятно, будет длиться долго, способствуя накоплению и сортировке новых фактов, новых следов, новых взаимосвязей. Рано или поздно эта работа должна привести к бесспорной истине.

Можно надеяться, что новое поколение исследователей Тунгусского дива не утеряет тот интерес к проблеме, который руководил их предшественниками, и, решая ее на уровне новых научных представлений о взаимосвязях Земли и Космоса, они поймут то, что было скрыто от ученых двадцатого века. Оценка даже бесспорных фактов меняется со временем. Скорее всего, третье поколение ученых, связавших свою жизнь с проблемой Тунгусского феномена, будет иметь собственный взгляд на историю его изучения. Нам хотелось бы, чтобы при этом не была забыта та незримая нить, которая, несмотря на различие научных подходов и представлений, связывала поколения исследователей Тунгусского дива.

И. А. Кольченко

Пределы фантастики

Иным, чем то, во что он страстно верит.

(Мысли читателя)

Одно предположение о каких-то ограничениях на бесстрашную мысль фантастов может показаться кое-кому кощунственным заблуждением, посягающим на самое яркое в фантастике — безудержный полет воображения. Но если мы вспомним известную нам научно-фантастическую литературу, то придется признать значительную часть ее по разным причинам неинтересной, несмотря на отчаянное жонглирование авторов множеством чудес — от инопланетян и киборгов до мыслящих облаков и других невообразимостей. Можно упомянуть хотя бы безнадежно скучную “Сумму технологий” С. Лема, где знаменитый писатель собрал больше новых идей, гипотез и вымыслов, чем в десятке других своих книг, и сколько раз каждому из нас приходилось разочаровываться в научно-фантастических произведениях! И как всякий читатель, ограниченный временем, но жаждущий с помощью фантастики обогатиться полезными знаниями, мыслями и чувствами, я часто с сожалением вспоминаю, что, даже читая две книги в месяц, смог прочитать за жизнь всего 1200–1500 художественных книг!

Вот почему мне и хочется поделиться своим представлением о “социальном заказе” научной фантастике, о ее уникальных задачах, возможностях и… потерях.

Искусство родилось от стремления человека выразить свое представление об идеальном мире; представление, сформированное на основе культурных традиций и фундаментальных мифологем родной культуры и в определенном смысле отражающее свое время. В этом идеальном мире обретался человеком смысл своего собственного существования и смысл самого бытия. Такая потребность в осмыслении и отображении своей жизни присуща каждому нормальному человеку, но актуализируется она по-разному, в зависимости от способностей и черт характера человека. И только немногие в такой мере переполняются столь яркими образами своего рукотворного космоса, что не могут не воплощать их свободно в словах, звуках, красках, линиях, формах, жизнедеятельности и предоставлять им возможность уже жить самостоятельно, независимо от их творца, благодаря пониманию и сочувствию, которые эти образы находят в сердцах других людей. И если их образы покоряют нас своей красотой и мы верим в возможность такого нового космоса, тогда их авторов и называют художниками. Искусство же, как феномен культуры, только потому и существует, что все люди в той или иной мере художники и нуждаются в искусстве как способе свободного творчества, своего или чужого, но свидетельствующего о способности и потребности человека свободно искать истину.