Читаем Самая длинная ночь полностью

(Закончил лепить, вытянулся по стойке «смирно», отдал фигуре честь.) С сегодняшнего дня часовые у крепости будут сменяться каждый час. Днем и ночью! (Ходит возле снежных сооружений, что-то негромко бормочет, потом во весь голос.) Война нелегка. Жена далека. Кругом шинели свистят шрапнели. Давай, солдат, табачку покурим. (Остановился возле одной из фигур, раскурил трубку, сунул ее фигуре в рот и запел очень жалобно.)

Миль пардон! (Вынул трубку у фигуры изо рта. Ходит, дымит. Что-то сосредоточенно бормочет себе под нос. Вдруг громко засмеялся.) А он жив! Жив… А кошка мерзлая… (Принялся весело лепить новую фигуру.)

Входят  К о м е н д а н т  и  Д р у г. У Друга в руках портфель, на плечи накинут куцый больничный халат. Увлеченный работой, Гайдар их не замечает.

К о м е н д а н т (указывая на Гайдара). Вот. Это они…

Д р у г (очень внушительно). Угу. Можете идти. (Подходит к Гайдару.) Гражданин Гайдар?

Г а й д а р (обернулся, радостно). Гей! Гей! Кого я вижу!

Д р у г (тихо). Без эмоций, я из милиции. (Коменданту, который, вытянув шею, издали прислушивается к разговору.) Я же вам сказал: можете идти. Вам присутствовать не положено. Ясно?

К о м е н д а н т. Ясно. (Исчез.)

Д р у г. Вот теперь здравствуй!

Обнялись.

Маленькая военная хитрость, как любит говорить один мой друг. Утром приехал, узнал, что ты в больнице. Времени в обрез, а день, как назло, неприемный. Не пускают. Я к коменданту. Показал издали красную книжечку — членский билет Союза писателей. Он к нему прикоснуться побоялся, не то что в руки взять… Я эту породу знаю — у самих рыльце в пушку. Одним словом — из милиции. Пришел снять с тебя показания. Ты находишься под следствием по делу о хищении.

Г а й д а р (хохочет). Негодяй! Что ты натворил! Мне, сиротинушке, и так несладко здесь живется, теперь этот фрукт вовсе со свету сживет. Что хоть я похитил?

Д р у г. Фабулу и реминисценции.

Г а й д а р. Что-что? Реминисценции? (Хохочет.) Ну, будут мне плохие дела! И он поверил?

Д р у г. Не только поверил, еще и подтвердил, что ты весьма подозрительный тип. Выдаешь себя за известного писателя, а приехал в больницу с завалящим чемоданишкой. И вдобавок ко всему гостинцы отдаешь дворниковой дочке. Оч-чень подозрительно.

Г а й д а р. Шпионит. Вот негодяй!

Д р у г (достает из портфеля сверток). Держи, сиротинушка. Дворникова дочка любит апельсины?

Г а й д а р. Обожает!

Д р у г. Ты потише все-таки. Не ори, этот тип наверняка где-нибудь поблизости крутится. (Уводит Гайдара за угол снежной крепости.) Ну как ты тут, веселая голова? Как поживает мадам контузия?

Г а й д а р. Придушил. Совсем было распоясалась, старая карга. Но придушил. Видишь — уже гулять выпускают.

Д р у г (осматривает снежные сооружения). Музей изящных искусств! Все сам наработал?

Г а й д а р. Были ассистенты. Только — тсс! Посторонним на территорию больницы вход воспрещен. Забор высок. У ворот сторож. Маленькая военная хитрость…

Д р у г. Ребят приманил?

Гайдар смеется.

Слушай, что ты с ними делаешь?

Г а й д а р. А ничего особенного. Я просто их люблю.

Д р у г. Любить еще мало. Нужно, чтоб они тебя любили. Ты с ними добр?

Г а й д а р. Они не любят очень добрых.

Д р у г. Значит, лучше быть строгим?

Г а й д а р. Не нужно быть ни строгим, ни добрым.

Д р у г. Так каким же нужно быть?

Г а й д а р. Серьезным. (Указывая на снежные сооружения.) Ты думаешь, это просто так, забава? Нет, брат, это не просто забава. Это знаешь что такое?

Д р у г. Что?