Читаем С Евангелием полностью

Шепот стих… Наступила жуткая тишина. В живой могиле не слышно даже малейшего шороха. Только откуда-то сверху, через толстую каменную стену и узкое окно, доносился рокот столичной жизни: глухие голоса, цокот конских копыт. “Господи, — снова раздался стон в сыром подземелье, — лучше мне здесь умереть, чем видеть Русь окатоличенной, а святое Православие — поруганным… Господи!” Казалось, что слабое, изможденное тело Патриарха бьется о сырую землю… Он рыдает… Потом снова все стихло.

Над златоглавой Москвой спустилась холодная, темная, осенняя ночь… “Смутное время” — так назвали историки период, когда Россия не имела своего царя. Иван Грозный умер. Его наследник Димитрий-царевич был зверски убит в Угличе. В стольном граде Москве хозяйничали польские уланы. Воспользовавшись междоусобицей русских бояр, поляки заняли Москву и хотели посадить на русский престол своего короля. Какое это было ужасное время! Какое смущение умов! В какой страшной опасности находилась Православная вера!

Московские бояре продались полякам. Духовенство было обезглавлено. Патриарх брошен в заточение. Народ клонился туда и сюда, как трава от сильной бури.

Силой и коварством оккупанты добились того, что все было готово для торжества католицизма над пораженной Москвой. Только не хватало согласия Патриарха. За решительный отказ дать свое благословение, патриарха Гермогена бросили в сырое подземелье Чудова монастыря. Томимый голодом и холодом, он, как адамант несокрушенный, твердо стоит за святую православную Русь, свободу Православной веры и национальные интересы русского народа. О, если бы Патриарх устрашился мучений?! Если бы он поставил свою личную жизнь выше жизни и интересов своего народа?! Словом, если бы он вместе с московскими боярами пошел на сделку (компромисс) с поляками, что было бы с родной Россией?! Что было бы с нашей Православной верой?!.

Кажется, что никогда еще Русь не испытывала такой страшной опасности, как в то “смутное время”. Никогда еще католический Запад так не торжествовал своей скорой победы, как во времена “Лжедмитрия”. Но “адамант” веры Патриарха Московского победил! Великий святитель Гермоген отстоял свободу веры Православной и русского народа. Но какой ценой!

…Ночью в сырое подземелье со скрипом открылась дверь. Вошли польские чиновники и московские бояре. “Владыка, — сурово сказал один из бояр, — запрети русским ополченцам идти на Москву”. “Сам Бог ведет на вас, предатели земли русской, этих людей” — сказал патриарх. Голос его дрогнул, и он в изнеможении опустился на скамью. “Запрети, владыка, иначе сгниешь здесь, в подземелье!” — сказал другой боярин и, выхватив нож, бросился на святителя. “Вот крест Христов против твоего ножа, изменник!” — строго промолвил патриарх и перекрестился.

В это время снаружи послышался шум, и постыдная делегация быстро удалилась, заперев за собой железные двери. Святитель упал на пол и долго не вставал. Он был глубоко потрясен низостью своих московских бояр. Душа его обливалась кровью за родную православную паству.

Патриарх уже несколько суток не ел и не пил. Его решили уморить голодом. Он уже не мог писать воззвания к народу, не мог молиться. Его сознание начинало путаться. Он совершенно изнемог и лежал на полу недвижимым.

В это время Минин и Пожарский с огромным русским ополчением подошли к самой Москве. В жестокой схватке с поляками они ворвались в столицу. Ополченцы несли чудотворную икону Божией Матери “Казанскую”.

Враги с русскими изменниками заперлись в Кремле. Но и оттуда их выбили. Господь услышал слезные молитвы своего верного служителя. Он спас Россию от нового рабства и сохранила ней святую Православную веру наших отцов. Однако святителю Гермогену не суждено было увидеть торжество правды на святой Руси. Он умер жертвенной смертью в сыром подземелье от голода и полного истощения сил. Но его жертвенной смертью ожила Русская земля, еще более окрепло Православие, еще более объединился в могучую семью весь русский народ.

Святой Пророк говорит: “…Ты сама приучила их начальствовать над тобою, не схватят ли тебя боли, как рождающую женщину” (Иер. 13, 21).

Страх, малодушие, постыдное замалчивание, ужасное рабское подхалимство перед сильными, “кесарево — кесарю и Божие — кесарю” вдохновляет зло и ведет его на подавление Правды. Но Господь выдвигает сильных духом, о волю которых, как о гранитную скалу, разбиваются все волны зла и насилия.

СВЯТОЙ СВЯЩЕННОМУЧЕНИЧЕ ГЕРМОГЕНЕ, МОЛИ БОГА О НАС!

Мы, православные русские люди, верим, что если опять нависнет угроза над Православной верой в России (а она уже нависает…), Господь снова выдвинет людей, о веру и мужество которых разобьются и эти ярые волны бесовские. А ПРАВОСЛАВИЮ на Руси стоять вечно!

ПРИМЕТЫ ВРЕМЕНИ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу
Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу

Святитель Григорий Богослов писал, что ангелы приняли под свою охрану каждый какую-либо одну часть вселенной…Ангелов, оберегающих ту часть вселенной, что называется Санкт-Петербургом, можно увидеть воочию, совершив прогулки, которые предлагает новая книга известного петербургского писателя Николая Коняева «Ангел над городом».Считается, что ангел со шпиля колокольни Петропавловского собора, ангел с вершины Александровской колонны и ангел с купола церкви Святой Екатерины составляют мистический треугольник, соединяющий Васильевский остров, Петроградскую сторону и центральные районы в город Святого Петра. В этом городе просияли Ксения Петербургская, Иоанн Кронштадтский и другие великие святые и подвижники.Читая эту книгу, вы сможете вместе с ними пройти по нашему городу.

Николай Михайлович Коняев

Православие
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)

В царствование последнего русского императора близкой к осуществлению представлялась надежда на скорый созыв Поместного Собора и исправление многочисленных несовершенств, которые современники усматривали в деятельности Ведомства православного исповедания. Почему Собор был созван лишь после Февральской революции? Мог ли он лучше подготовить Церковь к страшным послереволюционным гонениям? Эти вопросы доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета С. Л. Фирсов рассматривает в книге, представляемой вниманию читателя. Анализируя многочисленные источники (как опубликованные, так и вводимые в научный оборот впервые), автор рассказывает о месте Православной Церкви в политической системе Российского государства, рассматривает публицистическую подготовку церковных реформ и начало их проведения в период Первой русской революции, дает панораму диспутов и обсуждений, происходивших тогда в православной церковно-общественной среде. Исследуются Отзывы епархиальных архиереев (1905), Предсоборного Присутствия (1906), Предсоборного Совещания (1912–1917) и Предсоборного Совета (1917), материалы Поместного Собора 1917–1918 гг. Рассматривая сложные вопросы церковно-государственных отношений предреволюционных лет, автор стремится избежать излишней политической заостренности, поскольку идеологизация истории приводит лишь к рождению новых мифов о прошлом. В книге показано, что Православная Российская Церковь серьезно готовилась к реформам, ее иерархи искренне желали восстановление канонического строя церковного управления, надеясь при этом в основном сохранить прежнюю симфоническую модель отношений с государством.

Сергей Львович Фирсов

Православие